Любой может стать шпионом — за что судят украинцев в России

7 октября 2015 года коллекционер Виктор Шур был осужден на 12 лет колонии строгого режима за шпионаж в пользу Украины. Несмотря на российское гражданство, он живет в Чернигове, имеет вид на жительство в Украине и вся его семья: отец, дочь и сын живут здесь. Сын — Валерий Шур, сегодня на пресс-конференции обратился к президенту с просьбой предоставить отцу украинское гражданство и внести его в списки на обмен пленными.

Валерий рассказал, что отца задержали в Брянской области 9 декабря 2014 года за оскорбление представителя милиции на 15 суток, обвинение в шпионаже ему предъявили позже. Виктора Шура содержали в московской тюрьме Лефортово, где он признался в всех предъявленных ему обвинениях. На основании этого ему и был вынесен приговор. Валерий Шур говорит, что к отцу применялись психотропные препараты.

«Он по каким-то причинам выбрал позицию — соглашаться абсолютно со всем, что ему вменяют. Из статьи нарушение режимного объекта ему переквалифицировали это все в государственную измену. Это 275 статья, по-моему, часть третья».

Посещая Лефортово, Валерий отметил, что отец находился в неадекватном состоянии, на него оказывалось психологическое давление. Поэтому сложно оценить, что на самом деле произошло в день задержания, говорит он, и многое стало известно только о третьих лиц. Однако он убежден, что его отец не шпион и что его подставили украинские пограничники. Валерий впервые предал это дело огласке, до этого он пытался решить вопрос финансово, однако договориться ни с кем не удалось. Дело было решено с самого начала, убежден Валерий. Даже апелляцию не подавал, сказал он, считая это бесполезным занятием, единственная надежда на президента.

На главу державы рассчитывает и пенсионер Петр Выговский — его сын уже больше года содержится в Лефортово также по обвинению в шпионаже и коммерческом шпионаже. Об обстоятельствах задержания гражданина Украины Валентина Выговского его отец знает из третьих рук — сына и еще несколько человек задержали в Крыму во время рабочей поездки и вывезли в Россию.

За это время ему разрешили только одно свидание с матерью, единственная связь с ним через бумажную почту. Все обстоятельства дела держатся в секрете, его адвокатами назначили местных юристов, и даже украинскому консулу не сообщается о подробностях расследования.

«На свидании он об этом не мог сказать, в письмах он про это не пишет, правозащитникам он тоже не мог сказать, потому что там стоят люди и не разрешают говорить. Консулу он не может сказать, так как стоят люди и не разрешают, сразу прерывают разговор. Если приходит к нему консул — сразу становится два человека-надзирателя».

И Валерий Шур, и Петр Выговский считают дела против своих родных политически мотивированными.

Полина Будик из ГО «Центра гражданских свобод» в первую очередь акцент делает на применении психологического и физического воздействия к обвиняемым:

«Мы, «Центр гражданских свобод», не делаем окончательных заключений и заявлений по поводу обоснованности обвинений, мы в первую очередь обращаем внимание на то, что имеет место нарушение прав человека и это должно рассматриваться должным образом на международном уровне, и украинское правительство тоже должно предпринимать какие-то меры для предотвращения подобных ситуаций».

Напомним, что в августе министр иностранных дел Украины Павел Климкин сообщил, что в России находятся 11 украинских политических заключенных, среди которых Надежда Савченко, Олег Сенцов и Александр Кольченко. К некоторыми из них даже нет консульского доступа, например, к удерживаемым в Чечне Николаю Карпюку и Станиславу Клиху, суд над которыми состоится 26 октября. 14 октября Московский городской суд осудил за шпионаж 73-летнего Юрия Солошенко и приговорил его 6 годам колонии строгого режима.

 

Мария Завьялова специально для «Громадського радио»