«Российкая журналистика сделала себе харакири», — журналіст Сергій Лойко

Гості студії — автор книги Сергій Лойко та скрипаль, який виконував гімн до аудіокниги, Василь Попадюк — розповідають про враження від виконаної роботи, коментують російську та американську журналістику та говорять про те, чи пишуть зараз музику на тему війни.

Ірина Соломко: Сергію, чи задоволені тим, що вийшло?

Сергій Лойко: Я не доволен. Единственно, чем я доволен, что вчера была презентация, на которой выступил Вася,  и он такой тон задал! На аудиокниге он записывал украинский гимн. Я люблю этот гимн — могу слушать его с утра до вечера. Он записывал 5-6 раз разные тональности на скрипке. Он человек-симфонический оркестр. Люди просто рыдали на презентации.

Ірина Соломко: Василю, як працювали над цим гімном?

Василь Попадюк: Мені здається, що це все трохи перебільшено. Насправді, це все робилось дуже швидко. Ми в студії записали 5 скрипок, я в голові склав партитуру. Мені приємно, що це подобається. Як я відчував гімн, так і заграв. Нічого складного в тому немає.

Наталя Соколенко: Є стереотип, що американська журналістика незалежна і ніхто на неї не тисне. Але виникає все-таки питання якості цих журналістів. Сергію, ваші критичні зауваження до американської журналістики.

Сергій Лойко: Я книгу написал потому, что был недоволен тем, как выглядели мои статьи о событиях на Востоке, хотя они были объективные, но какие-то «кастрированные». Наверное, это относиться ко всей журналистики: ведь если ее не «кастрировать», это будет желтая журналистика. Когда редактор спрашивает, о чем я буду писать, его главное напутствие не о том, что она должна быть хорошая, умная, а чтобы это было 600 слов или 1200. Ну как мне рассказать историю Аэропорта? Никаких слов не хватит.

Давайте будем совсем откровенными. То, что я видел на Востоке, — ужас ужасов. Потом через несколько часов я приезжаю в Киев, где рестораны переполнены, люди обнимаются, целуются, и ощущение, что им наплевать на войну. И правительство называет эту войну за независимость застенчивой аббревиатурой «АТО». Вот с этого и начинается политическая корректность. А мы знаем, как это выглядит на российских каналах. Если кто и проиграл на этой войне (я не говорю о потерях, а о жанрах), то это российская журналистика. Она сделала себе харакири. Российской журналистики больше нет. Когда большой-маленький человек уйдет, нужно будет люстрировать, увольнять там всех журналистов.

Главный герой настолько устал от этого «якобы»: «якобы русские», «якобы солдаты», «якобы вторжение», что написал пародию на то, какой была бы статья в самой лучшей американской газете.

Ірина Соломко: Важко було мовити кіборгів прочитати уривки з книги?​

Сергій Лойко: Когда я прослушал диск, больше всего меня потрясли интервью с киборгами — это такиеточки отсчета в каждой главе. Это была не моя идея, а продюсера Виктории Бутенко. Она поговорила с киборгами, спросила, что они думают о войне. На мой вигляд, это самые сильные куски аудиокниги. Что касается самой книги, я разочарован. Я не считаю себя писателем, а эту книгу литературой. Если бы я мог, я бы ее переписал. Мне хочется, чтобы  все остались живы. 

Наталя Соколенко: Є багато книжок, написаних про російсько-українську війну чи війну за незалежність. А чи є музичні твори, написані на цю тему?

Василь Попадюк: Знаю, що Kozak System та «ТЕЛЬНЮК: Сестри»писали музику на цю тему. Думаю, що події на Сході у чомусь перегукуються із симфонією Шостаковича. Можливо, наші знані композитори Мирослав Скорик та Євген Станкович напишуть величні твори про цю війну.