Как живет непризнанная Абхазия через 25 лет?

Татьяна Курманова: Какие основные впечатления? Я так понимаю, вы побывали и в непризнанных Абхазии и Осетии?

Татьяна Козак: Нет, мы были только на границе. В сами квази-страны мы не попали, из-за того, что там сложно сделать аккредитацию. Но было достаточно материала и с границы, потому что там граница не закрыта наглухо и люди курсируют туда и обратно.

Татьяна Курманова: Смогли вы отметить какую-то разницу между жителями приграничных регионов?

Анастасия Магазова: Мы были на единственном пешеходном пути сообщения с непризнанной Абхазией. И люди с этой территории идут в ближайшие города и районы, уже контролируемые государством территории, и делают покупки, пытаются как-то развивать свою экономическую деятельность, потому что в Абхазии высокий уровень безработицы, сложная экономическая ситуация. Товары в несколько раз дороже, потому что в основном все привезены из России, поэтому люди чувствуют разницу, и для них проще преодолеть этот путь – попасть на территорию грузинского государства.

Татьяна Курманова: Но при этом они не планируют переезд?

Татьяна Козак: Нет, они уже там обосновались, и это знакомая нам ситуация. Люди живут там, где у них свой дом, есть какое-то хозяйство. Хотя с хозяйством, например, в Гальском районе, мы так поняли, есть некоторые сложности, люди выращивают орехи, а второе лето подряд в регионе проблемы с каким-то жуком, который вредит этим орехам. Люди не могут их теперь продавать, а они с этого живут. Мы пообщались с одной из семей, который занимаются этими орехами, и поняли, что у людей плачевное состояние.

Грузия больше открыта к народам, которые живут на непризнанных территориях

Татьяна Курманова: Идет ли общение между людьми с Грузии и Абхазии, возможна ли какая-то интеграция?

Анастасия Магазова: Грузия делает много предложений для жителей Абхазии, но нужно понимать, что есть мигрелы – жители Гальского района, и есть абхазцы. И абхазцы практически не ездят на подконтрольную территорию Грузии. Разве что за неотложной медицинской помощью или образованием, потому что в Грузии для абхазцев большие льготы.

Мне кажется, там точек соприкосновения больше, чем у нас, потому что Грузия больше открыта к народам, которые живут на непризнанных территориях. Такое складывается впечатление.

Мы часто слышали такую фразу: «Если бы не русские… если бы не Россия…». Они считают, что если бы не Россия, то грузины с абхазцами могли бы договориться

Татьяна Козак: Я хочу привести в пример одну семью из Грузии, которая известна тем, что она делала протесты на мосту, когда отца и одного из братьев арестовали российские солдаты, которые стоят в Абхазии. Они в результате 8 месяцев провели в Абхазии, и были освобождены после оплаты большого штрафа. Мы спросили у отца, который сидел в Абхазии, как он там общался, как его принимали, и он сказал, что у нас с абхазцами был найден общий язык абсолютно сразу. Мы понимаем то, что происходит. И говорили между собой о том, что виновата во всем Россия, которая вмешалась в ситуацию, удерживает ее и мешает тому, чтобы произошло окончательное примирение.

Анастасия Магазова: И вообще мы часто слышали такую фразу: «Если бы не русские… если бы не Россия…». Они считают, что если бы не Россия, то грузины с абхазцами могли бы договориться.

Кстати, грузины из Гальського района Абхазии могут спокойно поехать и оформить себе пенсии, их никто, как у нас не проверяет, им не нужно доказывать, что они – это они, то есть Грузия воспринимает их, как своих граждан. У нас это только в процессе обсуждения, и довольно разные мнения существуют по этому поводу.  

Полную версию разговора можна прослушать в прикрепленном звуковом файле.