Списки Савченко — это не более чем разговоры, — юрист

С юристом Центра стратегических дел Украинского Хельсинского союза Алиной Павлюк обсуждаем возможные последствия обнародования списков пленных. 

Алена Бадюк: Вчера вы опубликовали свой аналитический материал по поводу списков, которые обнародовала во вторник Надежда Савченко. Какие риски несут в себе эти списки? Может ли эта информация быть использована для достижения прогресса в переговорах по обмену? Насколько это достоверная и актуальная информация?

Алина Павлюк: Речь идет о списке людей, которых хотят вернуть в Украину, и списке людей, которых требует «ЛНР» и «ДНР». Насчет наших списков следует сказать, что там есть люди, которые считаются погибшими. 

Алена Бадюк: Во вторник Надежда опубликовала списки, а в среду она их несколько подкорректировала.

Алина Павлюк: Да. Олег Котенко заявлял о 9 погибших людях. Списки обсуждают и волонтеры, которые общались с родственниками погибших и пропавших без вести. Они тоже говорят о несовпадениях.

Татьяна Курманова: Некоторых людей отпустили, насколько я понимаю.

Алина Павлюк: Да. То есть можно официально констатировать, что списки не актуальны. Еще один вопрос в том, насколько правомерна публикация этих списков. Пока у нашего государства не будет единой и централизованной позиции по ситуации на востоке, такие действия и провокации будут продолжаться. Сейчас мы наблюдаем, насколько эта тема начала обсуждаться после публикации списков. Почему тема не обсуждалась так же активно до этого момента? Почему мы забываем о том, что наши граждане находятся в застенках «ЛНР» и «ДНР» и процесс их освобождения идет достаточно медленно?

С другой стороны, это списки людей, которых требует сторона «ОРДЛО». Журналисты особое внимание уделяют двум представителям бывшего «Беркута», которых сейчас судят на территории Украины. Также в списке были замечены те люди, которые никак не связаны с ситуацией на востоке. Один человек сам попросил сторону «ДНР» и «ЛНР» включить себя в списки для обмена.

Алена Бадюк: Речь идет об осужденных за криминальные правонарушения?

Алина Павлюк: Да, конечно.

Татьяна Курманова: Кстати, Нелю Штепу хотят видеть на той стороне.

Алина Павлюк: Да. Мы говорим о преступниках, совершивших преступления согласно с уголовным кодексом Украины.

Татьяна Курманова: Обменов не было давно. В прямых обменах с Россией Украина проиграла. В СБУ при этом не говорят, кто из россиян сидит в украинских СИЗО и тюрьмах. Можем ли мы использовать эту ситуацию для того, чтобы процесс обмена как-то активизировался?

Алина Павлюк: Правильно будет, если эта ситуация станет толчком для государства, чтобы наконец принять единую концепцию поведения относительно конфликта на востоке. Сюда следует включать не только обмены. Нужно рассматривать ситуацию в комплексе, с единой точки зрения, а не распыляться на решение точечных вопросов.

Если мы будем приниматься за решение определенных вопросов, это может привести к появлению новых проблем.

Алена Бадюк: Что вы имеете в виду?

Алина Павлюк: Например, предлагается ввести отдельный статус пропавших без вести, хотя у нас в гражданском законодательстве есть статус «безвісно відсутній». В нескольких моментах существует смешивание этих понятий.

Татьяна Курманова: Российский адвокат Илья Новиков предложил украинцам использовать эти списки на свое благо. Он предложил украинским журналистам писать о людях из этих списков, чтобы повысить их значимость для обмена. Возможна ли такая стратегия?

Алина Павлюк: Эта ситуация превращается в какие-то глупые торги.

Алена Бадюк: Надежда Савченко предлагает несколько этапов обмена. К примеру, 42 на 256. Насколько этот сценарий является реальным?

Алина Павлюк: Если бы эта позиция была представлена официальными органами Украины, можно было бы вести этот разговор. В данной ситуации — это просто рассуждения народного депутата Украины, которая не имеет доступа к обменному фонду. Мы знаем, что обменами занимается СБУ. Есть координационный центр, который все это осуществляет. Пусть они представляют свою позицию. Эти списки — не более чем разговоры.

Татьяна Курманова: В нашем эфире прозвучала версия о том, что обнародовав этот список, Савченко открыла ящик Пандоры, поскольку этой информацией могут воспользоваться мошенники.

Алина Павлюк: Да. В 2014 году были обнародованы списки Рубана. Тогда родственники пленных и пропавших без вести очень часто жаловались на то, что им звонят мошенники.