facebook
--:--
--:--
Ввімкнути звук
Прямий ефiр
Аудіоновини

В Україні понад 450 заборонених професій для жінок: чому досі діють радянські норми?

В Україні досі понад 450 професій, заборонених для жінок. Про них йдеться у звіті антидискримінаційного центру «Меморіал»

В Україні понад 450 заборонених професій для жінок: чому досі діють радянські норми?
Слухати на подкаст-платформах
Як слухати Громадське радіо
1x
Прослухати
--:--
--:--

Російська антидискримінаційна організація «Меморіал» за підтримки українського Центру соціальних і гендерних досліджень підготувала звіт «Жінки України поміж новими викликами і давньою дискримінацією»

Українську частину цього звіту підготувала директорка Центру соціальних і гендерних досліджень Євгенія Луценко, яка є гостею нашої студії.

А з представницею організації «Меморіал» Стефанією Кулаєвою ми спілкуємося скайпом.

Анастасія Багаліка: Стефания, как вы готовили это исследование?

Стефанія Кулаєва: Мы готовили некоторое обращение, касающееся нарушения прав женщин в России, и узнали о том, что в РФ существует список профессий, запрещенных для женщин. Например, к нам обратилась женщина, которая не смогла работать в речном флоте, хотя имела для этого специальное образование — она судоводительница. А работа судоводителя в России на небольших судах чаще всего совмещена с работой моториста. А это запрещенная для женщин профессия. Поэтому Светлана Медведева не смогла устроиться на работу, к которой она 4 года профессионально готовилась.

Мы обратились в Комитет по ликвидации дискриминации женщин, который вынес категоричное решение, о том, что этот список запрещенных профессий несомненно дискриминационен и нарушает права женщин. С этим решением мы стали обращаться в российские суды, а также подали в Комитет альтернативный отчет по России, коснувшись нескольких тем: проблемы ромских женщин России, проблемы сообществ ЛБТИ и т. д.

Мы получили ценные рекомендации, и когда стали работать на региональном уровне, то обнаружили, что аналогичные проблемы есть и в соседних странах, в частности, в Украине.

И несмотря на то, что в Украине новое трудовое законодательство очень прогрессивное, гарантирующее равенство мужчин и женщин в трудовой сфере, все равно запрет на многие профессии для женщин имеет место быть.

Поэтому мы решили, что в тех странах, которые ассоциируют себя с Европейским союзом и выполнили ряд антидискриминационных условий, чрезвычайно важно бороться за реальное уравнение женщин в правах, а не номинальное, а значит, и за отмену этих дискриминационных списков.

Мы сейчас ведем такую региональную кампанию в ряде стран, но Украина у нас в большом приоритете, потому что, к сожалению, у вас почти столько же запрещенных профессий, как и в России, то есть больше 450-ти.

Анастасія Багаліка: Євгеніє, які професії є під забороною в Україні?

Євгенія Луценко: Наприклад, жінки не мають права водити транспортні засоби, якщо в них передбачено більше 14 місць. Але вони їх водять — трамваї та тролейбуси. А машиністом в метро жінка стати не може. Тобто в нас багато конфліктних ситуацій, які межують між законом і дійсністю.

Коли ми на круглих столах питали, чому жінка може водити трамвай, але не може керувати потягом у метро, нам відповіли, що жінки не настільки уважні, щоб впоратися з потягом метро. Але, як на мене, у трамвая, який маневрує між маршрутками, що вискакують, та машинами, що їдуть на високій швидкості, більш складна ситуація. Тут увага потрібна не менше, а може, й більше, ніж увага у тунелі метро.

В нас конфліктує кодекс законів про працю з гендерним законодавством, адже жінки визначені рівними. І ми не знайдемо жодної професії, забороненої для чоловіка, в той час, як існують цілі галузі, в яких жінкам не можна працювати.

Анастасія Багаліка: Які це галузі та сфери?

Євгенія Луценко: Наприклад, жінкам не можна працювати на шахтах, але є жінки, які там працюють на певних спеціальностях. Але я стикнулася з тим, що в колективних договорах на одній з шахт Кривого Рогу прописано, що всі премії за здобутки шахти виділяються тільки чоловікам, які там працюють, тому що жінки не вносять свій вагомий внесок у видобуток вугілля. І жінки, які працюють на шахтах, і роблять дуже багато важливої та необхідної роботи, просто бояться виборювати свої права через страх втратити роботу.

Анастасія Багаліка: Це галузі, де держава представлена державними потужними підприємствами. В приватному секторі така сама ситуація?

Євгенія Луценко: Так, в приватній сфері говорять про те, що не можуть подолати список заборонених професій, адже він прописаний на законодавчому рівні.

Я вам наведу приклад з організації «Волиньторф». Жінка пропрацювала 30 років диспетчером автотранспорту в цій установі. І раптом потрапляє під скорочення. Не погоджуючись з цим, вона подає до суду, але судову справу програє. Адже їй зауважили, що її робота пов’язана з нічною працею, яка заборонена для жінок.

Анастасія Багаліка: Тобто жінки не можуть працювати вночі?

Євгенія Луценко: За законодавством з 22:00 до 06:00 жінкам заборонено працювати. Це тягнеться з 1919 року, коли жінкам і чоловікам заборонялося разом залишатися вночі на роботі.

Зараз готується новий кодекс законів про працю, де ця заборона знімається, за виключенням вагітних жінок і тих, які мають дітей до 3-х років.

По моему мнению, женщины вообще никому не обязаны гарантировать свое репродуктивное здоровье

Анастасія Багаліка: Як цю заборону долають ресторани і супермаркети, де жінки працюють вночі?

Євгенія Луценко: Я спілкувалася з жінками, які працюють в супермаркетах та нічних кіосках. Вони кажуть, що зарплати невисокі, а нічна праця оплачуються краще, і вони підписують згоду на роботу в нічний час.

Стефанія Кулаєва: Я бы хотела уточнить, что запрет касается рейсовых автобусов, где предусмотрено более 14-ти мест. Так же для женщин очень много запрещенных профессий, касающихся работ на море. А это отличный способ неплохо заработать в Украине.

В киоске, наверняка, имеется какая-то договоренность и неофициальные формы сотрудничества, потому что, насколько я знаю, в государственных учреждениях соблюдаются эти запреты.

То есть мы говорим, что не только в теории, но и на практике женщины не могут получить хорошую высокооплачиваемую работу. Мы имеем проблему, у которой когда-то были основания физической защиты женского здоровья, то есть эти профессии якобы почему-то вредны для репродуктивных функций женского организма.

Но, во-первых, этому нет научного подтверждения. А во-вторых, по моему мнению, женщины вообще никому не обязаны гарантировать свое репродуктивное здоровье. А получается — даже, если женщина вообще не хочет иметь детей, если она стерилизована, что не запрещено законодательством, если она уже не в детородном возрасте, то ее все равно касаются эти запреты. В-третьих, никто не думает о том, что очень многие профессии вредят мужскому репродуктивному здоровью, например, работа на атомных подводных лодках, но никаких запретов нет. И это не дискриминация, а выбор самого мужчины — быть ему репродуктивным или быть профессионалом. А у женщины выбора нет, государство почему-то привязало к ней главную роль — репродуктивную. И это такой патриархальный сексистский взгляд на роль женщины, который хотелось бы побороть.

Многие профессии вредят мужскому репродуктивному здоровью, например, работа на атомных подводных лодках, но никаких запретов нет. И это не дискриминация, а выбор самого мужчины – быть ему репродуктивным или быть профессионалом. А у женщины выбора нет, государство почему-то привязало к ней главную роль – репродуктивную

Анастасія Багаліка: Когда в Украине начался конфликт на Донбассе и шли активные боевые действия, то возник «невидимый батальон» — это женщины, которые воевали в АТО, но они не имели возможности официально быть устроенными на военных должностях.

Євгенія Луценко: Так було до недавнього часу, але відбулася масштабна кампанія громадських організацій і ситуація змінилася. В 2016-му році було видано 2 накази Міністерства оборони, згідно яким жінкам дозволили посідати військові професії в АТО. Вони тепер офіційно можуть бути розвідницями, танкістками тощо. Але це було зроблено лише на час проведення АТО.

Анастасія Багаліка: Чи можемо ми все ж таки перерахувати галузі, де для жінок діють заборони на працю?

Євгенія Луценко: Шахти, судобудівництво, авіабудівництво, гірнича промисловість тощо.

Анастасія Багаліка: Стефания, антидискриминационный центр «Мемориал» будет подавать отчет по Украине в контексте отчета по России, или это будет отдельный отчет?

Стефанія Кулаєва: Мы работаем со всеми странами, которые страдают от влияния стереотипов Советского Союза, поэтому 8 марта мы проведем круглый стол с участием всех стран, которые вошли в Ассоциацию с ЕС — Грузия, Армения, Молдова и Украина, на тему выполнения антидискриминационных европейских норм, чтобы отказаться от этих списков.

В данному случае интересен опыт Грузии. Три года назад они внесли изменения не в список, а в трудовой кодекс, тем самым запретив все профессии из списка только для беременных и кормящих женщин. Теперь большинство грузинских женщин могут работать в этих профессиях.

Я не говорю, что это универсальный опыт, которому надо следовать, но из всех стран, с которыми мы работаем, только в Грузии нашли какой-то выход из этого дискриминационного положения.

Поділитися

Може бути цікаво

Як фото страждань стали валютою: Леся Литвинова про права пацієнтів під час війни

Як фото страждань стали валютою: Леся Литвинова про права пацієнтів під час війни

8 год тому
Європа зруйнувала себе пацифізмом, поки РФ озброювалася. Нове інтерв'ю Дениса Капустіна, командира РДК

Європа зруйнувала себе пацифізмом, поки РФ озброювалася. Нове інтерв'ю Дениса Капустіна, командира РДК

Синхронізація зусиль задля ветеранів: якою буде підтримка у 2026-му?

Синхронізація зусиль задля ветеранів: якою буде підтримка у 2026-му?

Можемо пишатися, що у сфері військової освіти зняті усі бар'єри для жінок — Оксана Григор'єва

Можемо пишатися, що у сфері військової освіти зняті усі бар'єри для жінок — Оксана Григор'єва