Проросійські озброєні хлопці загнали у двір «Град», ракети пролітали над дахом будинку — Євген Васильєв

У черговому випуску програми про переселенців «Ключ, який завжди зі мною» розповідаємо історію Євгена Васильєва, луганчанина, активного учасника Євромайдану

Ведучі

Валентина Троян

Проросійські озброєні хлопці загнали у двір «Град», ракети пролітали над дахом будинку — Євген Васильєв
https://static.hromadske.radio/2020/01/hr-kliuchi-2020-01-14_Vasilev.mp3
https://static.hromadske.radio/2020/01/hr-kliuchi-2020-01-14_Vasilev.mp3
Проросійські озброєні хлопці загнали у двір «Град», ракети пролітали над дахом будинку — Євген Васильєв
0:00
/
0:00
  • Євген Васильєв — луганчанин, член правління, координатор програм моніторингу та документування порушень прав людини благодійної організації «Восток-SOS».
  • До війни Євген не займався громадською діяльністю, працював у фірмі, яка виробляла меблі.
  • Серед близько сорока колег у компанії Євген єдиний, хто підтримував Євромайдан.
  • До луганського євромайдану Євген Васильєв долучився у січні 2014 року.
  • Востаннє був вдома у Луганську 9 липня 2014 року.

«Мне обидно было. Я не понимал, почему полумиллионный город не высказывает свою гражданскую позицию. Одиноко было, грустно. Однажды по местному каналу я увидел Юлю Красильникову. Она рассказывала, что они выходят каждый день в шесть часов у памятника Шевченко и называют себя Луганским Евромайданом. Я пришел проверить на следующий день и нарвался на какую-то безумную толпу. Она была вроде бы проукраинских взглядов, но они, условно говоря, собирались штурмовать облгосадминистрацию. Я не понимал, зачем это делать, учитывая их количество. Их было максимум 12 человек. Все молча стояли, один заводила был, но разум победил и люди не велись на эти провокации».

Євген вже збирався йти, але до нього підійшли два чоловіка і запропонували пройти до їхнього табору. Ця група людей збиралася біля пам’ятника Тарасові Шевченку. Вони негучно вмикали колонку та спілкувалися між собою.

«Я подошел — стоят, общаются, что-то друг другу рассказывают, колонка, музыка спокойная. Я пришел постоял, ни с кем не познакомился. Просто присматривался. Видимо, и они тоже присматривались. Я начал каждый день ходить. На 4-й – 5-й день начал знакомиться и так «втерся» в Луганский майдан, познакомился с абсолютно другими людьми, которые радикально по-другому думают, потому что они поддерживают Майдан, у них другие ценности, не такие, как у моих друзей, близких».

З часом Євген познайомився і з опонентами Луганського Євромайдану – «Луганською гвардією». Каже, ці люди не виступали за приєднання до Росії, а проти Євромайдану.

«Нас было человек 10, их — человек 5, все так и протекало. По выходным были политические «сходняки» возле памятника Шевченко. Тогда выходило больше людей – 200 иногда 300 человек. А у противоположной стороны и этого не было. Они тоже по выходным устраивали, но у них человек 50 выходило. Город спал, жил своей жизнью и ему пофиг было, что происходит в Киеве, в Луганске».

Час від часу представники «Луганської гвардії» приходили спілкуватися із громадським сектором.

«Это был с их стороны троллинг. Они приходили в масках, с метлами. Говорили: давайте выметем этот мусор из нашего города. Нет, я не помню до 9 марта каких-то столкновений».

9 березня 2014 року представники Луганського антимайдану відкрито напали на Луганський євромайдан, а потім — захопили Луганську обласну адміністрацію та змусили голову написати заяву про звільнення.

Євген Васильєв розповідає, на які деталі того він звернув увагу:

«Люди ходили, машины ездили, троллейбусы. И вдруг улица перестала быть оживленной — ни одной машины. Мы сразу не поняли в чем дело, продолжали стоять. Прекратилось движение, мы стали выглядывать, а улица такая — спускается и не далеко видно в общем-то, если смотреть вдаль. И мы увидели, что начали подниматься российские флаги — реют на ветру. Их было безумное количество. Когда эта толпа подошла — тысячи две с половиной — три, они выровнялись, присоединились к своим друзьям, которые стояли напротив нас. Какое-то время они смотрели на нас, а потом просто ринулись толпой. Они просто смели нас».

Після цього антимайданівці та їхнє підкріплення із Росії по черзі захоплювали адміністративні установи, будівлі правоохоронних органів та військові об’єкти. Стало зрозуміло, до чого все йде.

«В коллективе поменялось мнение у многих. Грубо говоря, когда в Киеве Евромайдан закончился, в Луганске он еще продолжался. Когда началась аннексия Крыма, захват, многие поменяли мнение, поняли, что это привело к тем последствиям, которых никто не ожидал. Они увидели здесь действия России, российской армии. Многие сказали, что были не правы. Остались, конечно, и те, кто продолжал поддерживать те действия, которые происходили — аннексию Крыма, введение войск на Донбасс. У нас в коллективе и россияне были».

Та й тих, хто пішов до так званої «Народної міліції» теж можна поділити – на тих, хто за ідею, і тих, хто за гроші. Обидва типи є серед знайомих Євгена.

«Один да — прямо с 2014 года. Но он – «упоротый». Он даже к нам на акции приходил с сыном и за счет сына провоцировал. То есть он сам ничего не предпринимал, а сына просил сделать, а сыну было года четыре. Когда была акция «Инструмент свободы», пианино на площадь вынесли то он его подначивал — говорит: «Сынок, пойди сыграй им «Мурку» или оторви клавишу». Такое было. Он пытался со мной разговаривать — вразумить. У него, конечно, не получилось. Я не могу утверждать, воюет ли он по сей день — может, уже отвоевал свое, но был период.

А еще один школьный, детсадовский друг он начал воевать года полтора назад. Он не за идею, а из-за того, что негде работать. Служба в так называемых рядах «Народной милиции» – один из способов заработать, прокормить себя и семью».

Кілька років серед луганчан тривала дискусія — чи обстрілювали бойовики Луганськ? Важку артилерію угруповань на своїх подвір’ях бачило багато людей. Але куди вона стріляла?
У 2016 році колишній ватажок так званої «ЛНР» Валерій Болотов і інтерв’ю російському виданню «Росбалт» заявив, що його суперник Ігор Плотницький, командир так званого батальйону «Зоря» влаштовував диверсії, провокації та віддавав накази обстрілювати різні районі Луганська. Трохи більше, ніж за місяць після цього інтерв’ю, Валерій Болотов помер. Одна з версій — серцевий напад, інша — отруєння кавою.

«В доме, где я жил, на первом или втором этаже жили боевики. Рядом в посадке они сделали блиндажик, где у них стоял миномет. Это перед домом, а они в доме жили. Вот они выспались — вышли и стрельнули куда-то. Зашли, пообедали, поспали. Вышли — опять стрельнули. Куда они стреляли – я не знаю. К ним никто не подходил — не говорил: «Что вы тут творите!» Никто не думал, что прилетит ответка. Рядом с домом дорога, которая вела на выезд из Луганска. Через нее днем и ночью шла куча техники — разная, всевозможная».

Водночас, у Луганську працювали камери відеонагляду, розташовані у різних районах містах. Завдяки ним містяни онлайн могли спостерігати, як по їхніх вулицях їздить техніка окупанта. Згодом ці камери вимкнули — нібито на період бойових дій. Втім, не працюють вони й сьогодні.

«В общем, мне не надо объяснять, что это — российская техника, я и так прекрасно видел. Мы еще до боевых действий ездили, общались с погранцами на пункт пропуска «Бирюково». Их тогда там блокировали местные жители, а с российской стороны постоянно провоцировали какие-то объединения. Возможно, казачьи. Я видел, что со стороны Краснодона идут колонны «Уралов», с орудиями, танки. Опять же – в камеры мы видели,как сбили самолет с десантниками. Там, конечно, не видно четко всей картины, как он падал, но взрыв — это было видно».

Євген Васильєв зазначає: довго не хотів покидати Луганськ. Хоча, не може пояснити причини. Влітку багато підприємств припинили роботу, фактично місто жило максимум до другої години дня. А потім, тих людей, хто ще працював, керівники відпускали додому.
Друзі Євгена, які на той момент вже влаштувалися у Києві, Харкові, Дніпрі, щодня наполягали — треба їхати. Та вагомішим аргументом за слова друзів стали залпи «Граду» у дворі.

«Пророссийские вооруженные ребята загнали во двор «Град». Из не стали гатить в сторону Металлиста (поселок в Луганской области – ред.). Эти ракеты пролетали над крышей дома. Это один из факторов, который послужил тому, чтобы уехать. Я не знаю, сложно было тогда купить билеты или нет – я просто не помню, как это происходило, потому что Костя Реуцкий и Юля Красильникова постоянно писали: осталось два последних билета. И так едва ли не каждый день. Я говорил, что рано еще. Возможно, они и купили эти билеты и мы 9 числа сели на поезд и под звуки сирены и летания самолета уехали из Луганска в направлении Киева».

Відтоді, Євген Васильєв жодного разу не був вдома. Ключі від покинутої квартири змінили свою функцію і стали іграшкою для дитини. Згадкою про дім Євген вважає свій паспорт.

«Паспорт напоминание о доме. Паспорт, который у меня остался еще с тех времен. Кто-то навеял мысль, что паспорт — это связь с домом. Мой паспорт потрепанный, его собака прокусила, он весь такой неживой. И я его не меняю. Мне кучу замечаний делали и на блокпостах».

Команда благодійного фонду «Восток СОС», де зараз працює Євген Васильєв, часто буває на Сході України. Тож, думками він часто повертається у Луганськ, але поїхати туди реально — не наважується.

«Еще в 2014 году были списки на активистов луганского Майдана. Даже были расценки, я помню, на Лешу Биду, на Костю Реуцкого. Я цены не помню, но вроде бы неплохие там цены были за них — можно было и сдать. Был я в тех списках или нет — не знаю. Кто-то узнавал, что есть списки, и якобы я там. Проверять я не вижу смысла. Хотя, есть такая безумная идея (и не только у меня) заехать в Луганск. Есть куча возможностей, но это — неоправданный риск. Я точно не понимаю, зачем туда ехать. Только, чтобы как-то прикоснуться к этому всему безобразию, которое там происходит».

***

За підтримки:


Виготовлення цієї програми стало можливим завдяки підтримці Фонду імені Роберта Боша та Чорноморського фонду регіонального співробітництва. Зміст матеріалів програми не обов’язково відображає точки зору Фонду імені Роберта Боша, Чорноморського фонду регіонального співробітництва або їхніх партнерів.