Опилки от миллиарда на ремонт. Почему в Краматорской украинской гимназии по-прежнему нельзя учиться?

Миллиард и 100 миллионов было выделено на реконструкцию школ Донбасса. Почему в свежеотремонтированной Краматорской украинской гимназии и теперь нельзя учиться?

Ведучi

Михайло Кукін

Гостi

Олександр Курбатов

Опилки от миллиарда на ремонт. Почему в Краматорской украинской гимназии по-прежнему нельзя учиться?
https://static.hromadske.radio/2018/03/hr_kyivdonbass-2018-03-20_kurbatov.mp3
https://static.hromadske.radio/2018/03/hr_kyivdonbass-2018-03-20_kurbatov.mp3
Опилки от миллиарда на ремонт. Почему в Краматорской украинской гимназии по-прежнему нельзя учиться?
0:00
/
0:00

Журналист проекта «Наші гроші» Александр Курбатов расследовал, как были потрачены деньги.

Михаил Кукин: На эти деньги планировалось отреставрировать 30 учебных заведений?

Александр Курбатов: Да, 31 учебное заведение, и не просто отреставрировать, а реконструировать, повысить их классность, этот процесс пошел очень тяжело, запущено в работу лишь несколько учебных заведений. И даже та школа, на открытии которой был президент, на самом деле не введена в эксплуатацию. То есть она работает, но в эксплуатацию официально не введена.

Михаил Кукин: А как так бывает?

Александр Курбатов: Я интересовался у областных властей, и они мне сказали, что это не обязательный документ, она может работать и так.

Михаил Кукин: Но когда такого документа нет, значит нет уверенности, что не рухнут стены и не обвалится потолок?

Александр Курбатов: Я задавал вопрос, в чем сложность, если все остальное готово и все остальное хорошо. Представьте, школа, которую открывал президент, не введена в эксплуатацию! Но в чем сложность выдачи такого документа, никто не смог объяснить.

Михаил Кукин: Сколько школ уже восстановили и они работают?

Александр Курбатов: Девять школ уже восстановили, десятую школу должны были запустить, но без ввода в эксплуатацию. Да и с ремонтом каждой школы идет болезненный процесс. Почему мы выбрали Краматорскую гимназию? Потому что она была до войны лучшей школой Донецкой области. Ее открыли в 1991-м году как эксперимент, в который никто не верил, потому что это украиноязычная школа на Донбассе. Но она в течение нескольких лет стала лучшей, дети занимали самые лучшие места на национальных олимпиадах и соревнованиях.

За все эти годы делались текущие ремонты, покупалась мебель, была заменена большая половина окон, внутренние двери, линолеум.  В итоге осталось сделать утепление здания и ремонт крыши. И тут начались приключения. Наверное, если бы денег было немного, то этот ремонт бы сделали и все так и закончилось бы. Но пришел это самый миллиард и сто миллионов. И тут же решили быстро их освоить. Но утепление этих школ было не за эти деньги. До этих денег был международный фонд Nevka – экологическая корпорация северных стран, которая за свои деньги должна была утеплить. И приключения начались еще с освоения тех 11 миллионов денег. Это самые страшные кадры в моем материале, когда с утепляющих панелей свисает армировочная непокрашенная сетка, то есть пилить деньги начали оттуда. И можно говорить о том, что возможно, украинское отделение этого фонда было глубоко заинтересовано в освоении денег, потому что они назначили контролеров, которые контролировали качество, они же не нашли недостатков, и после них же начались первые проблемы. Начали цвести стены, потолки, через трещины, которые были в стенах и неправильно отремонтированную крышу, завелась плесень. Тогда надо было делать выводы, но их не сделали.

И вопрос – а надо было делать дальше вот такой огромный глобальный ремонт, может быть, были школы, которым нужней были эти деньги?

На ремонт гимназии выделили 43 миллиона. Объявляется конкурс, на конкурс приходит четыре организации, четыре из которых связаны между собой. Этот организация нардепа Максима Ефимова и родственников бывшего губернатора Близнюка, вторая организация – из ближайшего круга Пшонки, и третья организация – семья Розенблата, который сейчас однопартиец Ефимова. И на первом конкурсе компания Розеблата указывает в тендерной документации своего прямого конкурента – компанию Ефимова и Близнюка. Сложно в это поверить, правда. Они проигрывают, потому что побеждает организация с большим опытом ремонта подобных школ. Но компания Розенблата пишет жалобу в Антимонопольный комитет и тендер отменяют. Когда представители компании, которые уже крепко вложились, узнают о том, что, оказывается, они конкурируют с Ефимовым, Близнюком и Розенблатом, они решают, что лучше потерять сумму и время, и отказываются от неперспективной борьбы. А компания Розенблата для того, чтобы победить, опускает сумму с 43 миллионов до 40, отказывается от предоплаты. В итоге они должны приступать к работе. А как приступать? Проект не готов проект стоит денег.  И они начинают требовать предоплату, которую им дать не могут, потому что они в тендере написали, что работают без предоплаты. За это время там начала потихоньку работать компания Ефимовиа и Близнюка, которые были конкурентами. Вот они потихонечку что-то делают, потом остановились, потом снова делают, потому что уверены, что деньги все равно будут их.

Полную версию разговора можно прослушать в прикрепленном аудиофайле. Расследование Александра Курбатова – в видеофайле.