Проблемой военнопленных занимаются только их родственники, — Фоминцев

Участник боевых действий, офицер украинской армии Александр Фоминцев сообщает последние новости по делу пленного Алексея Кириченко.

Анастасия Багалика: В истории Алексея никаких изменений пока что нет?

Алексей Фоминцев: Все зашло в глухой угол. Если раньше полевые команды и профессиональные организации еще занимались вопросом обмена пленных, то сейчас с личной отмашки двух президентов все изменилось в худшую сторону.

Анастасия Багалика: Последняя информация о пленных, которую озвучивала Ирина Геращенко — то, что в Донецке военнопленные находятся в СИЗО и по ним готовятся процессы.

Алексей Фоминцев: Это действительно так. Мы не знаем наверняка, все ли они в СИЗО. СБУ работает только на вход, то есть активно принимает любую информацию, но практически ни о чем не сообщает. Мы не знаем даже точного количества военнопленных. Когда мы составляли списки к 9 мая, у нас было 29 фамилий. Потом оказалось, что это количество пленных только в «ДНР». Всего их около сотни.

Лариса Денисенко: 29 человек — это люди, находящиеся только в Донецке или по всей территории ДНР?

Алексей Фоминцев: Если вы зададите этот вопрос профильному комитету СБУ, они вам, так же, как и мне, скажут, что это оперативная информация.

Есть военнопленные в «ДНР» и «ЛНР», есть пропавшие без вести, есть люди, которых увезли в Россию. Все это — военнопленные, хотя Ирина Геращенко настаивает на том, что это не военнопленные, а заложники, поскольку у нас нет войны.

Анастасия Багалика: Мы знаем, что у вас есть проект, связанный с военнопленными. Расскажите о нем?

Алексей Фоминцев: После того, как я пришел с войны, меня позвали в 2 проекта — «Сердце воина» — проект психологической реабилитации и «Гражданский пиксель» — проект, связанный с театром. Потом мы решили сделать что-то для поднятия уровня информированности людей, поскольку проблемой военнопленных занимаются практически только их родственники.

Лариса Денисенко: Насколько государство уделяет внимание женам, материям и детям военнопленных?

Алексей Фоминцев: Я могу говорить только о своем друге. Его семья не получила ни копейки от государства.