Было лето, отличная погода. Выходишь с ребенком во двор и слышишь взрывы — переселенка из Луганска

В очередном выпуске программы «Ключ, который всегда со мной» о жизни переселенцев, мы рассказываем историю адвоката из Луганщины Ольги Семенюк

Ведущие

Валентина Троян

Было лето, отличная погода. Выходишь с ребенком во двор и слышишь взрывы — переселенка из Луганска
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2021/12/hr-klyuch-20-03-24_semenyuk.mp3
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2021/12/hr-klyuch-20-03-24_semenyuk.mp3
Было лето, отличная погода. Выходишь с ребенком во двор и слышишь взрывы — переселенка из Луганска
0:00
/
0:00
  • Ольга Семенюк — адвокат, переселенка c Луганщины. До войны жила фактически два города: Луганск и Брянка.
  • Сейчас с семьей живет в Черкассах, занимается адвокатской практикой, проводит тренинги для адвокатов (на момент записи подкаста 23 марта 2020 года — ред.).
  • Когда в 2014 году в Луганске начались митинги Евромайдана и Антимайдана, Ольга не участвовала — она была беременна.

Вспоминает: заботы были другие. В то же время она видела, что происходило на таких мероприятиях, поскольку жила в центре города.

«Так случилось, что в декабре 2013 года я должна была ехать в Киев по работе. Я никак не могла эту поездку отложить. Когда я ехала в Киев, сказала мужу: «Давай, сходим, посмотрим на Майдан». Мы пошли, и я видела этих людей, и я видела их глаза, которые горели, которые верили в свои идеи. К сожалению, в то время я ничем не могла помочь, поскольку я была не в состоянии для этого, но я видела, что происходят действительно исторические события, что будут изменения в государстве, но я не ожидала, насколько это будет серьезно».

Ольга вернулась в Луганск. Однако заметила такую ​​деталь: если в столице люди жили идеями Майдана, то в Луганске знакомые Ольги не понимали значимость этих событий и невнимательно за ними следили.

«И только в феврале, когда начались события в Луганске, общество изменилось — я видела, как изменились взгляды моих друзей, знакомых, когда они действительно начали следить за событиями, которые разворачивались в Киеве».

О настроениях в Брянке Ольга узнавала, когда приезжала на работу. Накануне они с мужем купили квартиру в областном центре и переехали туда. Но ее офис остался в Брянке и она ездила туда каждый день, преодолевая пятьдесят километров.

«Вообще — полный пассив. В Луганске было пассивное отношение, а в Брянке новости люди почти не смотрели и никаких волнений не было. Не было поклонников ни одной стороны, ни другой. То есть люди пассивно вели свою привычную жизнь».

В июне 2014 года, вспоминает Ольга, когда у нее уже был ребенок, они с мужем оставались в городе. Ольга еще не боялась гулять по улицам с маленьким ребенком. Но она замечала, что город пустеет, появились люди с оружием.

«Хорошо помню, как зашла в Абсолют, который напротив стадиона, в центре, и несколько мужчин зашли с автоматами. После этого я перестала ходить в магазины и стала просить об этом мужа».

Начиная с июня 2015 года в окрестностях Луганска начались бои, впоследствии украинская армия зашла в город. Ольга вспоминает: пятого или шестого муж позвонил и сказал собирать вещи первой необходимости. Это не стало чем-то непредсказуемым — они давно говорили о вероятности эвакуации.

«Мы до этих событий частенько наблюдали выстрелы ночью. Было очень слышно, когда захватили Луганский военкомат, СБУ. Все это было слышно из нашей квартиры, недалеко. Также был слышен завод «столетка», я даже не знаю, как он правильно называется. Там частенько срабатывала сирена, предупреждающая, что самолеты будут летать и что будет какая-то воздушная атака. То есть в городе уже происходили активные боевые действия. Также тогда я услышала о Граде, который, к сожалению, не осадки, а — оружие».

Семья Семенюк решила ехать к родителям Ольги в Брянку. Во-первых, не было понятно, как будут разворачиваться бои за Луганск. Во-вторых, квартира Ольги была на третьем этаже многоэтажки, а у родителей в Брянке — свой дом с нормальным подвалом.

В тот день Ольга последний раз видела свою Луганскую квартиру.

«Когда я приехала в Брянку, я увидела много людей с оружием, я видела, как изменилось настроение людей, и я поняла, что пассивная Брянка тоже стала достаточно опасной. И потому даже в тот период, когда я находилась у родителей, я старалась не выходить за пределы своего дома, поскольку понимала, что это может быть опасно».

После закрытия шахт в Брянке и в окрестных городах многие местные мужчины уехали на заработки в Россию. Потому что поближе. Женщины тем временем оставались дома и очень обрадовались возможным изменениям территориального устройства Украины. Наслушавшись пропаганды о так называемом возвращении Крыма, местные подумали, что и у них сейчас будут российские пенсии, зарплаты — так Ольга размышляет над тем, почему Брянка не поддержала идеи Евромайдана, а подхватила «русскую весну».

«Люди долгое время ездили в Россию и считали, что будут жить, как в России, что зарплаты будут как в Москве у врачей, у учителей. К тому времени мне казалось, что люди уже сидели и ждали, а когда же российская власть зайдет в город и учительница будет получать ту заработную плату, которую получает учительница в Москве. Я видела, когда проводился так называемый референдум, люди шли, стояли в очередях, чтобы отдать свой голос, потому что думали, что через неделю или две мы будем уже в России».

Поддержали отсоединение от Украины многие местные. Но не все. О них Ольга говорит по отдельности.

«Таких людей было много. Кто-то просто говорил — мы за Украину. А были и те, кто активно пропагандировал, которые писали посты на «Одноклассниках», откровенно говорили об этом. Но это было очень опасно. Я считаю, что это были смелые люди».

Тем временем украинская армия освободила Славянск, Северодонецк, Лисичанск. Люди замерли в ожидании освобождения Луганска. Ольга Семенюк смотрела на ситуацию под другим углом. И ее прогнозы были все более пессимистичными.

«Я как адвокат понимала: даже если украинская армия зайдет в город и не будет трогать гражданских, мы все равно не будем защищены, поскольку местные могут также как-то навредить гражданским».

В качестве примера Ольга упоминает штурм Луганского пограничного отряда 2 июня 2014 года. Тогда в дома тех луганчан, которые живут возле отряда, пришли другие — с оружием в руках и вышвыривали людей из домов только потому, что из их окон удобнее стрелять по пограничникам.

«Людей выталкивали, занимали боевые позиции в этих квартирах. То есть, во-первых, было опасно, что могут зайти местные бандиты и использовать квартиру как боевую точку, а во-вторых, в городе уже начались захваты жилых домов, квартир — для собственных нужд. Люди, которые получили в руки оружие. Я знаю эти случаи, когда людей выселяли, чтобы забрать этот дом, или ограбить его».

23 июля 2014 года семья Ольги Семенюк была вынуждена уехать и из Брянки. К тому времени украинская армия дошла до Попасной, дальше должны были освободить Первомайск, Кировск, Стаханов. Как мы знаем, этого не произошло. Когда те, кто поддерживал территориальную целостность Украины, поняли это, то искали пути для эвакуации. И именно тогда шли бои между Попасной и Первомайском. Взрывы и выстрелы доносились и до Брянки.

«Это было лето, отличная погода. Выходишь с ребенком во двор и слышишь, как взрывается оружие и как происходят эти страшные события.

На душе было волнение. Никто не понимал, насколько это серьезно, никто не думал, что все это затянется, но опасность очень волновала и подавляла».

Выехать из города на подконтрольную Украине территорию оказалось непросто — непосредственно в Брянку украинская армия так и не дошла. Но город стал частью анклава, в окрестностях которого шли бои, а пути были перерезаны.

«И однажды, 23 числа, позвонила знакомая и сказала, чтобы быстренько собирали вещи, выезжайте — дали «зеленый» коридор, нужно ехать на Дебальцево и там сможете уехать.

Через полчаса собрала вещи ребенка, для себя взяла самое необходимое (да и вещей тех было немного — все осталось в Луганске) и вместе с мужем на авто отправились на Дебальцево.

Пока ехали в Дебальцево, видели много людей с оружием. Наверное, в тот день с нами была удача – не было активных боевых действий. Но пока мы ехали, видели много людей с оружием, а дальше нам сказали ехать по полю».

Дороги были перекрыты, часть мостов — взорваны. Поэтому выхода у семьи не было — поехали по полю напрямик.

«Мы едем-едем и из одной лесополосы просто выезжает техника, много людей с оружием, танки, «Грады» и ни одного опознавательного знака — кто это. Я даже не понимала, кто это и чего они сейчас захотят.

Остановили автомобиль, мы вышли, ребенок сидит. Мы даже не могли спросить: вы кто, какая сторона?

И они начали спрашивать мужа — кто он, откуда, проверять документы, попросили снять футболку. На всех блокпостах постоянно просили снять футболку для того, чтобы посмотреть, есть ли следы от оружия, внимательно смотрели плечи, чтобы ничего не было.

Посмотрели документы и отпускают. И в этот момент мы спросили: а вы кто? И нам сказали — украинская армия.

И этот момент был моментом счастья. Потому что мы поняли: все мы уехали, вот украинская армия. Дальше все будет хорошо».

Ольга с мужем направлялись в столицу. По дороге заехали в Славянск. Вспоминает: была поражена тем, что от одного из памятных мест для нее не осталось и следа.

«Славянск был в ужасном состоянии. Он был разрушен. Я хорошо помню заправку, где мы постоянно останавливались, заправлялись и ехали дальше. Ее уже не существовало, ее полностью разрушили. И так много мест».

Сейчас Ольга с семьей живет в Черкассах (на момент записи подкаста 23 марта 2020 года — ред.). Вспоминает: первые два года была уверена — как только город освободят, она вернется домой. Но сейчас настроение несколько изменилось. За шесть лет местные жители отравились российской пропагандой и должно пройти много времени, чтобы изменилось их мировоззрение, говорит Ольга.

«Как только освободят ту часть, я обязательно поеду туда. Обязательно поеду, чтобы увидеться со своей семьей. Я поеду, чтобы зайти в свой дом и я поеду туда, чтобы показать своим детям — сейчас у меня уже две дочери — чтобы показать старшей дочери, где она родилась. Ей сейчас шесть лет. Она все понимает, она знает, что родилась в Луганске — я об этом ей рассказывала. Она меня спрашивает: «Мы когда-нибудь поедем туда? Ты покажешь, где ты жила, где я родилась? Я говорю: «Да, я жду этого дня, и мы обязательно поедем туда».

Полностью программу слушайте в аудиофайле (запись от 23 марта 2020 года)

При перепечатке материалов с сайта hromadske.radio обязательно размещать ссылку на материал и указывать полное название СМИ — «Громадське радио». Ссылка и название должны быть размещены не ниже второго абзаца текста.

Поддерживайте «Громадське радио»  на Patreon, а также устанавливайте наше приложение:

если у вас Android

если у вас iOS

Комментарии