Анастасия Леонова: враг или друг Украины?

Адвокат Анастасии Леоновой Виктор Губский и гражданский активист Максим Козуб рассказали в студии «Громадського радио», в чем, как они считают, незаконность ее ареста

Ведучi

Валентина Троян,

Михаил Кукин

Гостi

Максим Козуб,

Віктор Губський

Анастасия Леонова: враг или друг Украины?
https://static.hromadske.radio/2016/05/hr_kyivdonbass-16-01-10_gubskiy-kozub.mp3
https://static.hromadske.radio/2016/05/hr_kyivdonbass-16-01-10_gubskiy-kozub.mp3
Анастасия Леонова: враг или друг Украины?
0:00
/
0:00

Михаил Кукин: Максим, Вы для нас — достаточно неожиданный гость. Мы приглашали в студию адвоката, но он сообщил, что Вы вызвались. В каком качестве?

Максим Козуб: Для меня самого участие в ситуации с Анастасией стало несколько неожиданным. Меня просто попросили выяснить, что происходит. Когда я начал выяснять, увидел большой объем нарушений, который имеется в этом деле. Я ничего не могу сказать по поводу деятельности Насти, за исключением того, что я видел документы, которые были опубликованы. Я в них не вижу какой-то конкретики.

В уведомлениях о подозрении обычно называются конкретные действия. Обычно говорится, что в такие-то дни, такие-то числа сделал что-то. Я считаю, что были допущены нарушения — заключение ее под стражу по неподтвержденному фактами подозрению.

Михаил Кукин: Виктор, расскажите, в чем подозревают Анастасию?

Виктор Губский: Настя была санинструктором, занималась информационной работой в гражданском корпусе «Азова» и была санинструктором в «Правом секторе». Никакого отношения к боевому крылу она не имеет и в зоне боевых действий она не была. По информации СБУ, Настя вступила в террористическую группу, которая была организована Мужчилем [Прим. ред. Олег Мужчиль — мужчина, убитый в ночь на 10 декабря 2015 года во время спецоперации в Киеве], приняла непосредственное участие. Второй пункт — это, что она своими действиями готовила теракты в нескольких городах Украины.

Я знаю лишь то, что с Мужчилем они были знакомы, общались через Интернет. Познакомились в Харькове, на базе «Правого сектора». Одним из моментов общения было то, что Настя, как и Мужчиль, увлекается буддизмом. К сожалению, информации у защиты настолько мало, что вообще сложно что-либо спрогнозировать. Единственное, что мы заявляем — нет объективных доказательств того, что Анастасия могла быть причастна к преступлениям, в которых ее подозревают.

Михаил Кукин: Я читал о бытовых условиях, в которых находится Анастасия. Что это за условия?

Виктор Губский: Изначально она содержалась в условиях отдела обеспечения досудебного следствия СБУ. 31 декабря ее перевели в киевский следственный изолятор. Камера на восемь человек, камера небольшая. Холодно, потому что продукты питания, которые передают родственники, хранятся на подоконнике, и окошко приоткрыто. Борщи можно варить, но в кастрюле кипятильником. Сказывается усталость, усталость психологическая. В изоляторе СБУ присутствие Анастасии сопровождалось унижением вплоть до дискриминации по национальному признаку. Постоянные обыски. Несколько раз к ней применяли в условиях изолятора наручники. Она чуть более 20 дней находилась одна в двухместной камере, что является неприемлемым.

Мне непонятно, на каком основании Настю содержали в условиях временного содержания, в изоляторе СБУ, 21 день. Лиц, которым избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, в изоляторе временного можно держать не более 10 дней. Затем Анастасию должны были перевести в Лукьяновское СИЗО.

Чтобы узнать вторую точку зрения на арест Леоновой, редакция «Громадського радио» в течение сегодняшнего дня и в течение всего эфира пыталась связаться с советником главы СБУ Юрием Тандитом и с пресс-секретарем ведомства Еленой Гитлянской, однако их телефоны не отвечали.