Громадське радио
Крымская правозащитная группа подготовила аналитический обзор «Несогласованная свобода: Аналитический обзор о нарушении свободы мирных собраний в Крыму», в котором собраны факты нарушений за три года оккупации Крыма и дана оценка таким действиям с точки зрения международного права.
«С момента оккупации мы проводили мониторинг всех нарушений прав человека в Крыму. И в 2017 году поняли, что по нарушению свободы мирных собраний накопилось уже достаточно большое количество случаев, которые мы решили систематизировать по типу применяемых ограничений свободы мирных собраний в Крыму и по тому, к кому они применяются.
Методов ограничения свободы мирных собраний очень много, и они достаточно разнообразны. Поначалу все происходило достаточно грубо и просто. Применяясь «казаки», самооборона и остатки Беркута, которые просто разгоняли любые попытки мирных собраний, поскольку на уровне законодательства сделать это было невозможно: российское еще не действовало, а украинское отказывались применять», — рассказывает Александр Седов.
Анастасия Багалика: Со временем методы изменились?
Александр Седов: Да. Самое простое решение — первое решение, которое принял так называемый премьер-министр Аксенов, — попросту запретить все мирные собрания на неопределенный период с мая 2014 года. Данный запрет не дал провести 18 мая 2014 года акцию в связи с годовщиной депортации крымскотатарского народа — это первый раз, когда крымским татарам не дали провести такое мероприятие.
В ноябре 2015 подобное ограничение ввел администрация Симферополя, запретив на неопределенное срок проведение любых видов массовых мероприятий. В дальнейшем решили несколько упростить ситуацию: ограничили количество мест, где людям можно проводить мирные собрания.
Анастасия Багалика: В большинстве случаев речь не идет о политических или проукраинских митингах? Это протесты недовольных крымчан по поводу ряда насущных вопросов?
Александр Седов: Проукраинских, политических митингов в Крыму с 2014 года не было. Их в любом случае никто бы не разрешил. В обзоре рассмотрены случаи с апреля 2014 года — с того момента, когда Россия официально заявила, что ее юрисдикция распространяется на Крым. И это касается вопроса запрета культурных акций: годовщина депортации, День рождения Тараса Шевченко, День крымскотатарского флага, День независимости Украины (который в принципе не является политическим событием — украинцы, которые живут в Крыму, вполне могут отметить его, не заявляя никаких политических лозунгов). И даже в этом каждый год ставят преграды, в том числе, на уровне угроз, которые рассылаются прокуратурой и администрацией Симферополя: «предупреждаем об ответственности за проведение несанкционированных митингов».
Анастасия Багалика: С какими вопросами крымчане обращались по поводу митингов?
Александр Седов: Как я сказал, вопросы касательно культурной идентичности. Кроме этого, начиная с 2015 года начали проявляться митинги пророссийской части населения. В 2014 году в эйфории люди закрывали глаза на многие недостатки. Потом эйфория прошла, люди начали требовать, чтобы хоть какие-то их права соблюдались. Прежде всего, это касается незаконных застроек, лишения недвижимости и частной собственности.
Люди начали выходить на митинги с требованием прекратить незаконные застройки, запрет на деятельность определенных пророссийских организаций (в том числе, «казачество»), запреты на проведения антикоррупционных митингов. Это факты, с которыми обращаются люди.
Анастасия Багалика: У вас есть отдельный раздел, который посвящен использованию местного и российского законодательства для ограничения свободы мирных собраний в Крыму. Расскажите об этом подробнее.
Александр Седов: Местное — это два запрета на проведение каких-либо массовых мероприятий на неопределенный срок, потом местные власти дали запрет на проведение собраний в запрещенных для этого местах. Но, к сожалению, в Крыму действует и используется российское законодательство. И тут зачастую людям отказывают, ссылаясь на статью N54-ФЗ ( О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях).
Отказ звучит достаточно просто. Но даже сама система подачи заявок нарушает право человека на проведение мирных собраний, поскольку человек не должен согласовывать это с властями. В российской системе власть должна согласовать, и она пользуется этим — не согласовывает. Ответы обычно звучат так: «ваша заявка не соответствует статье N54-ФЗ». Что именно не соответствует — они не сообщают.
Бывают и абсолютно надуманные причины. В том числе, ссылка на жаркую погоду. Человек подает заявку — «извините, в тот день жаркая погода, мы о людях заботимся, проводить вам не разрешаем». Есть отказ: «вы помешаете запланированной уборке улиц в этот момент».
Анастасия Багалика: А как на счет принуждения к участию в провластных митингах? В Украине когда-то этим достаточно активно пользовались, да и сейчас на митинги бюджетники ходят.
Александр Седов: В России ситуация такая же, и она свой опыт распространяет и на оккупированную территорию. Бюджетников точно так же приглашают на массовые мероприятия, в том числе это касается учителей, даже рекомендуют привести детей как активистов от детских организаций.
Полную версию разговора с правозащитником о нарушениях прав человека на мирные собрания в Крыму слушайте в прикрепленном звуковом файле.
Правозащитница, председатель организации «Медийная инициатива за права человека» Ольга Решетилова рассказывает о том, что в… Read More
Европейский Совет обнародовал детали принятого 12 пакета санкций ЕС против РФ. Какие пункты из него… Read More
Как полномасштабное вторжение РФ в Украину вернуло опального украинского журналиста из эмиграции прямо в пекло… Read More
Говорим об основных темах и нарративах фейков последней недели. Read More
О демонтаже и реконструкции памятников, связанных с Советским Союзом и РФ, говорим с секретарем экспертной… Read More
Военный эксперт Владислав Селезнев анализирует последние ракетные удары россиян по территории Украины. Read More