«Чем меньше останется пленных, тем тяжелее их будет забирать», – Юрий Тандит

Как правильно разговаривать с теми, кто вышел из плена, и как происходит процесс обмена пленными

Ведущие

Ирина Ромалийская

Гостi

Юрій Тандіт,

Наталя Степук

https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2016/05/hr_omnia_20151120_tandit-stepuk.mp3
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2016/05/hr_omnia_20151120_tandit-stepuk.mp3
«Чем меньше останется пленных, тем тяжелее их будет забирать», – Юрий Тандит
0:00
/
0:00

 

Ирина Ромалийская: Вы представляете волонтерскую организацию?

Наталия Степук: Да. Очень важно, в работе с пленными, провести первичную встречу, и от нее зависит очень много. Наша основная задача – это подготовить коллектив к встрече с людьми, которые возвращаются с плена.

Денис Киркач: Насколько типичная у ваших подопечных ненависть к региону?

Наталия Степук: Большинство наших бойцов, даже те, кто был в плену, достаточно адекватные и понимают, что Донбасс – это часть Украины.

Ирина Ромалийская: И у нас у студии уже появился советник главы СБУ, Юрий Тандит.

Наталия, расскажите, вы бойцов встречаете сразу на границе, где их меняют?

Наталия Степук: Нет, нас туда не допускают. Мы с ними видимся или в больнице, или на полигоне, куда их привозят, чтобы помыться и встретится со своими родственниками.

Ирина Ромалийская: Юрий, расскажите нам последние данные, сколько у нас в плену остается?

Юрий Тандит: 144 человека. Это граждане не только Украины. Это разные люди, все они считаются заложниками. Среди их около 80 человек – защитники Украины, а также гражданские лица.

Ирина Ромалийская: Когда планируется следующий обмен?

Юрий Тандит: Этого никогда не анонсируют, есть определенный порядок. Мы стали замечать, что когда мы планируем обмет, то решение принимается и в Кремле.

Денис Киркач: Известно ли вам о ситуации с луганской журналисткой Марией Варфоломеевой?

Юрий Тандит: Да. Мы стараемся держать ситуацию о наших ребятах у поли своего зрения. Она – ваша коллега. Мы не только о нее знаем, но и заботимся о скорейшем ее освобождении. Мы знаем, как ее перемещали, где она была, кто с ней находился. На сегодняшний день вышло оттуда 27 журналистов.

Ирина Ромалийская: Могут ли русских военных, над которыми сейчас проходит суд, обменять на Надю Савченко?

Юрий Тандит: Мы ни разу не использовали, к тем, кто угрожал целостности Украины, никаких пыток. Я помню эту встречу, мы приехали к ним в госпиталь. Мы приехали неожиданно, и меня поразило, то,  в каких условиях они находились. В соседних палатах были наши герои, защитники, раненые. Они пришли на нашу территорию, нарушая все законы, участвовать в войне против Украины. Мы о них заботились, и при встрече я у них спросил: «Все ли вас устраивает?», — они сказали: «Да». Тогда один из них пошутил, что у них на 2 кондиционера 1 пульт. Они рассказывали всю информацию открыто. Их очень ранило то, что от них отказались их командиры, начальники. Когда их задерживали, проходила спецоперация. Они заходили со стороны нашего блокпоста. Один из наших ребят увидел их в лесу, и когда он начал кричать – они его убили. И, когда ниши начали атаковать, то с другой стороны, понимая, что их людей могут взять живыми, начали стрелять по своим.

После общения со своим консулом, они стали по-другому себя вести – это показательно.

Если говорить об освобождении Надежды Савченко, то мы должны все сделать, чтобы ее освободить, и мы это сделаем, потому что мы своих не бросаем. Но очень многое зависит даже от одного звонка из Кремля.

Ирина Ромалийская: Ведутся ли какие-то переговоры вне судебного дела по поводу ее освобождения?

Юрий Тандит: Я расскажу о ситуации. Как-то племянник одного очень высокопоставленного человека, который был в Киеве, попросил о встрече. Недалеко от ВР мы встретились, и он дал мне по телефону поговорить с очень известным человеком, у него очень характерный восточный акцент, он очень близок к окружению главы Моссквы. Имени не говорю. Он сам со мной выходил на связь, и я его спросил по поводу Надежды Савченко. Он мне сказал: «Не вопрос, но нам нужно сделать путь с Ростова до Крыма». Но Крым во всем законам наш, и у России будут из-за его трудность. Причем эти трудности могут привести к разрушению их государства.

Многие дипломаты высокого уровня и наш Президент, которые на всех встречах поднимают этот вопрос. Мы требуем от РФ, чтобы они освободили наших заложников. Мы знаем точное их количество, мы знаем в каких условиях они содержаться.

Есть еще наши заложники, следы которых мы только видели. Мы проводим специальные операции. Недавно в одной из областей, прилегающей к Украине, рискуя жизнью вышла группа и нашла следы нашего заложника. В России есть очень хорошие люди, которые не боятся. Один с врачей дал нам информацию о том, что у них в одном из медицинских центров, находится человек, который скорей всего есть один из наших военных.

Группа наших ребят по легенде зашла на территорию соседнего государства, и обнаружила еще заложника. Он находится еще там, и операция еще не закончена. Надеюсь, мы его вернем.

Денис Киркач: Насколько обоснованы обвинения, так называемой «ДНР», что официальный Киев срывает процесс обмена  пленными?

Юрий Тандит: Мы открыты для всех переговоров. Нам есть, что сказать и мы живем в правде. Эти все спекуляции у процессе обмена для них являются неким фактором идеологической войны. На сегодня освобождено 2945 человек, и чем меньше наших братьев будет оставаться там, тем тяжелее их будет забирать.

Денис Киркач: Наталия, насколько легко освобожденным бойцам вернутся к жизни?

Наталия Степук: Все зависит от того, в каких условиях люди были в плену. Основная цель плена – это сломать достоинство человека. Нужно их понимать, понимать, что человек изменился, и дать ему время. Эти люди, как правило, стараются уходить, ни с кем на эту тему не разговаривать. Самый главный совет – не лезть в душу.