Дело не во мне, а в методах, которые использует власть, — Савик Шустер

Савик Шустер комментирует ситуацию с запретом на работу в Украине

Ведущие

Наталья Соколенко

Гостi

Савік Шустер

Дело не во мне, а в методах, которые использует власть, — Савик Шустер
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2016/05/hr_kyivdonbass-16-04-27_shuster.mp3
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2016/05/hr_kyivdonbass-16-04-27_shuster.mp3
Дело не во мне, а в методах, которые использует власть, — Савик Шустер
0:00
/
0:00

В эфире программы «Киев-Донбасс» телеведущий Савик Шустер по телефону озвучил свою позицию касательно запрета работать в Украине. В студии работают журналистки Наталия Соколенко и Елена Терещенко.

Елена Терещенко: Есть ли развитие ситуации?

Савик Шустер: Нет, ситуация такая же, как и вчера.

Наталия Соколенко: Даже после заявления политиков и президента государства на фейсбуке? Не было никаких сообщений от органов власти, которые предъявляют к вам претензии?

Савик Шустер: Нет, к сожалению.

Наталия Соколенко: Какова ваша дальнейшая стратегия?

Савик Шустер: Мы считаем, что все, что произошло, — это нарушение всех норм и законов, мы хотели бы вернуть мне право работать в Украине, это первая задача. Если этого не произойдет, то следующим шагом будет лишение вида на жительство, а там уже нужно будет покидать Украину, и этого хотелось бы всеми силами избежать. Сложно говорить о стратегии. Мы будем выходить в эфир, рассказывать о том, что происходит. Но не сильно приятно все время говорить о себе.

Елена Терещенко: Планируете ли вы судебные иски?

Савик Шустер: Да конечно. Мы считаем, что налоговая нарушила все, что можно было нарушить, мы с этим не согласны, обращаемся в суды. То же самое будет с решением Фонда занятости и минсоцполитики. Там тоже очевидны неправомерные шаги.

Наталия Соколенко: Почему для вас важно работать именно в Украине?

Савик Шустер: Когда 11 лет работаешь в стране, то прорастают корни. Но я всегда ощущал себя европейцем, это моя жизненная позиция. И я считаю, что сейчас Украина на карте Европы — это главная страна, главный народ.

Терещенко: Правильно ли я понимаю, что вы планируете добиться правды через суд, а не решением первого лица государства?

Савик Шустер: Суд был бы правильным вариантом в данной ситуации. К примеру, решение первого лица государство можно принять, а потом отменить. Президент сделал заявление в фейсбуке — чтобы как можно скорее это все было решено. В присутствии Виктории Нулланд в Киеве эта история также неприятна. Но вот между судами и президентом очень неприятное пространство.

Наталия Соколенко: Журналистская среда разделилась в оценке действий органов власти и ваших действий как ведущего политического ток-шоу. Согласно указу президента Януковича, вы в свое время получили звание заслуженного журналиста. Вы бы хотели изменить что-то, если была бы возможность отыграть ситуацию назад?

Савик Шустер: Звание заслуженного журналиста я получил за проект по Олимпиаде в Лондоне на «Первом национальном». Я этим горжусь, неважно, из каких рук я это звание получил.

Что касается приглашение гостей в программу и всего, что обсуждается в медиа-среде, то наша программа неприятна для власти не из-за гостей, а из-за аудитории, которая оценивает то, что происходит в студии. Наша аудитория — это отражение Украины в тенденциях, а не в абсолютных цифрах. И в наших программах можете увидеть реальное отношение народа к власти. И главный элемент нашей программы — что можно собирать портрет нации.

Наталия Соколенко: Гостями в вашей студии очень часто были Олег Ляшко, Юлия Тимошенко и другие политики, которые не всегда заслуживали быть центральными? Вы считаете, что это нормально, профессионально, и вам не понятно, почему не вся журналистская общественность поддерживает вас в этой истории?

Савик Шустер: Я бы это разделил. Дело совсем не во мне. Меня можно любить, ненавидеть, не обращать внимание. Но проблема в том, что себе позволяет власть, какие методы она использует. Если власть использует такие методы против меня, то она может использовать против любого из нас. Это как притча о немецком священнике, который молчал, когда приходили за коммунистами, евреями, а когда пришли за ним, то некому было его защитить.

Это позиция: когда начинают применяться грязные методы в борьбе с тем, что не нравится, это должно затронуть каждого из нас.

А что касается того, что я делаю — то ошибок не совершает тот, кто не работает.

Комментарии