При национализации Приватбанка допустили серьезные ошибки, — Виктор Лисицкий

Ждать ли новых потрясений клиентам Приватбанка и экономике страны в целом? Говорим с бывшим членом наблюдательного совета «Приватбанка» (а во времена Ющенко — советник главы нацбанка и министр КМУ)

Ведущие

Елена Терещенко,

Михаил Кукин

Гостi

Віктор Лисицький

При национализации Приватбанка допустили серьезные ошибки, — Виктор Лисицкий
https://static.hromadske.radio/2017/01/hr_kyivdonbass-17-01-11_lisitskij.mp3
https://static.hromadske.radio/2017/01/hr_kyivdonbass-17-01-11_lisitskij.mp3
При национализации Приватбанка допустили серьезные ошибки, — Виктор Лисицкий
0:00
/
0:00

Михаил Кукин: В информпространстве появляется очень много разной информации касательно «Приватбанка». Все выглядит так, что ситуацию кто-то намеренно держит в напряжении.

Виктор Лисицкий: У меня складывается такое же впечатление. Если говорить о том, что произошло с «Приватбанком», я бы хотел обратить внимание, что в нашем законодательстве слова «национализация» нет. Национализация в широком смысле — выкуп государством имущества, принадлежащего группе частных особ или одному частному лицу.

Виктор Лисицкий «Громадське Радио»

Есть несколько моментов в Конституции, которые предусматривают возможность власти купить у частных лиц имущество в случае А) если есть военное положение, Б) чрезвычайная ситуация, В) общественная потребность. Первые две возможности не подходят, если говорить про общественную потребность, надо было бы в первую очередь спросить Конституционный суд, что это такое — этого не было сделано.

Михаил Кукин: У общества создалось впечатление, что у самих прежних собственников была потребность — они были готовы отдать этот актив, поскольку общество убеждали, что это уже пассив, а не актив, а государство пошло навстречу.

Виктор Лисицкий: «Приватбанк», как и многие другие банки, старался постоянно проходить через тестовые испытания различных международных финансовых рейтинговых организаций. Динамика оценки «Приватбанка» этими организациями была положительной. Более того, если обратиться к динамике того, как развивались отношения «Приватбанка» с широкими массами трудящихся украинцев, пенсионеров, студентов, она тоже положительная. Люди шли и продолжают идти в «Приватбанк».

Люди идут не потому, что их туда гонят палкой. «Приватбанк» очень настойчиво в течении десятков лет специализировал себя как банк розничный, для широких слоев населения, в первую очередь, не очень богатых.

Это очень показательно: банк, который развивал себя как социально полезный, общественный, вдруг оказался в такой ситуации, что дали крайне негативную оценку его деятельности.

Михаил Кукин: Сторонние эксперты объясняют, что розничная деятельность банка — вершина «айсберга», а главная составляющая его работы — большие кредиты промышленным предприятиям. И проблема в том, что были так называемые внутренние кредиты, выданные фирмам той же группы Приват, которые не имеют шансов быть возвращенными.

Виктор Лисицкий: Меня очень удивляет то, что наше правительство (не только это, но и предшественников до 2013 года) не уделяло должного внимания оценке макроэкономической ситуации Украины. Она была не блестящая. Например, 25 лет назад у нас и Польши на душу населения вырабатывались одинаковые объемы ВВП. Мы жили примерно так же, как и поляки. Сейчас у поляков ВВП на душу населения примерно в четыре раза больше, чем у нас. Более того, они лет 7-8 назад остановили падение численности населения, а это один из важных индикаторов любой экономики.

«Приват» силен тем, что в него верят широкие слои украинцев.

Например, в Турции живут в три раза лучше, чем мы. Но 25 лет назад они жили так же, как и мы. Но в Турции за это время численность выросла на пару десятков миллионов, мы же потеряли миллионов девять.

Но самое старшее поколение в численности практически не изменилось. Если оценивать качество воспроизводственных процессов нашей экономики, если у нас сокращение численности идет за счет сокращения численности самых перспективных возрастных групп, «вождям» нужно «міцно почухати потилицю» и подумать, почему это происходит. А происходит это, прежде всего, потому, что у нас долгое время власть занимается дележом прибавочной стоимости, которую не создает — делит то, чего на душу населения все меньше и меньше.

Михаил Кукин: Речь о том, что государство будет вливать (и уже вливает) деньги в «Приватбанк». А злые языки говорят, что Коломойский накопил долги, а мы своими налогами эти долги закрываем.

Виктор Лисицкий: Хочу сделать замечание, под которое попадает не только «Приват», а, более чем уверен, ряд других банков. С 2006 по 2013 год у нас накопился колоссальный объем отложенной девальвации. Мы закончили это восьмилетие с минусом в 66 миллиардов долларов — громадные деньги для нашей страны. Мы продали другим странам на 66 миллиардов долларов меньше, чем купили. С 1998 по 2005 год был плюс — на внешних рынках мы заработали на 18 миллиардов долларов больше, чем потратили. Почему за последние несколько лет случился такой минус, об этом «вожди» должны были серьезно думать.

Когда пришла команда Яценюка, им не оставалось ничего другого, как развернуть девальвацию гривны, чтобы таким жестоким ударом добиться сбалансированности отношений с внешним миром.

Михаил Кукин: С другой стороны, говорят, что на этой девальвации и весьма непрозрачной процедуре рефинансирования банков, многие банкиры здорово нажились.

Елена Терещенко: Экс-заместитель главы нацбанка Владислав Рашкован прогнозирует, что количество банков сократится и «доля крупнейших 20 банков увеличится до 92-93% всех активов, доля второй группы локальных банков уменьшится до 2-2,5%», а клиенты «Привата» мигрируют в эти ТОП-20, доля которых увеличивается.

Виктор Лисицкий: На счет миграции у меня такой информации нет. Наоборот, я сегодня заходил на сайт «Привата» и видел ряд положительных изменений — увеличиваются остатки на счетах и т.д.

Михаил Кукин: А клиенты не разбегаются?

Виктор Лисицкий: Статистики каждый день не сделаешь. У меня большие сомнения касательно того, что называл министр финансов: если были 20 миллионов клиентов, предположим, ушло 2 миллиона. Другое дело, люди переносят какую-то часть средств в другие банки, чтобы чувствовать себя спокойнее.  

Очень часто говорят, что у «Привата» плохие кредиты, непонятно кому раздали большие деньги. Я отработал в реальной экономике с 1962 года. После такой жесточайшей девальвации, которую вынуждено провели предшественники нынешней власти, надо быть очень наивным человеком и рассчитывать на то, что «цепочки» не поломаются, не возникнут опасности возврата кредитов.

Не надо забывать, что и на мировом рынке происходят изменения, не совсем радостные для нас. Даже темпы роста мировой торговли уменьшились.

Я думаю, оценка эффективности и надежности работы и «Приватбанка», и многих других банков была сделана, исходя из урезанных представлений. Экономика — историческая наука. И любые ее достоинства и недостатки имеют определенную историю.

Если хочешь по-настоящему бороться с недостатками, нужно понимать, почему они сформировались.

Елена Терещенко: Появилась информация, что держатели еврооблигаций национализированного «Приватбанка» хотят обжаловать в Лондонском международном арбитражном суде принудительный обмен их ценных бумаг на акции дополнительной эмиссии банка. Речь идет о почти полутора сотнях миллионов долларов. Что это значит?

Виктор Лисицкий: Думаю, те, кто делал так называемую национализацию «Приватбанка» допустили серьезную ошибку. И им придется идти через суды. Я думаю, соответствующая оценка этой информации еще будет сделана. Выступил ряд банкиров, которые удивлены тем, что такое было сделано. Они считают, что у держателей еврооблигаций (которым еврооблигации поменяли на гривны) есть все основания добиться правильного решения в свою пользу через международные суды.

Здесь есть еще один более сложный вопрос. Если возьмем динамику наших монетарных показателей, бросается в глаза то, что примерно с 2002 года по 2013 год темпы роста кредитования экономики были весьма высокими — 125%-140%. До 2008 года темпы были сумасшедшими, потом стали несколько меньше, но до 2013 года были достаточно высокими.

Обращу внимание, были высокие темпы роста кредитования корпоративного сектора — бизнес имел возможность высокими темпами занимать деньги в банках, чтобы развиваться. Сейчас три года подряд кредитование корпоративного сектора замерло в номинальном выражении. Это очень тревожный сигнал, и меня сильно удивляет, что на этот факт наша власть не обращает внимание.

Более того, ОО Украинский союз промышленников и предпринимателей, опираясь на поддержку «Привата» выступила с инициативой радикально облегчить доступ малому бизнесу к кредитам. И пару недель назад было выдано более 3 миллиардов гривен кредитов.

Елена Терещенко: Международное рейтинговое агентство S&P понизило рейтинг «Приватбанка» до уровня «SD» — выборочный дефолт. Что это значит?

Виктор Лисицкий: Есть вероятность, что какие-то платежи могут быть приостановлены. Но это совершенно не касается студентов, пенсионеров и остальных рядовых украинцев.