Разгром выставки Чичкана — универсальная несправедливость, — художник Кадан

В Киеве переоткрыли разгромленную выставку художника Давида Чичкана «Утраченная возможность». Рестарт выставки предваряла лекция о защите галерей и художников

Ведущие

Сергей Стуканов,

Михаил Кукин

Гостi

Микита Кадан,

Ксенія Проконова,

Давид Чичкан

Разгром выставки Чичкана — универсальная несправедливость, — художник Кадан
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2017/02/hr_kyivdonbass-17-02-13_chichkan-prokonova_kadan.mp3
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2017/02/hr_kyivdonbass-17-02-13_chichkan-prokonova_kadan.mp3
Разгром выставки Чичкана — универсальная несправедливость, — художник Кадан
0:00
/
0:00

Микита Кадан

В студии «Громадського радио» художник Никита Кадан и адвокат, правозащитница Ксения Проконова. На скайп-связи художник Давид Чичкан.

Михаил Кукин: Вы разделяете и творческие и, возможно, какие-то другие взгляды Давида Чичкана?

Никита Кадан: Разделять взгляды — это немного избыточное утверждение. Давид — художник с очень особенными, отдельными анархическими взглядами. И в то же время — это художник такого квазирелигиозного веровательного типа. Я автор совершенно другого, какого-то более скептического, типа. Но дело в том, что по отношению к Давиду была совершена универсальная несправедливость.

Близкий по духу, симпатичный по-человечески, интересный художественно — это уже дела другого плана. Это все-таки универсальная несправедливость.

Михаил Кукин: То есть, если бы даже работы Давида были не интересны для вас, вы бы его защищали?

Никита Кадан: Именно так.

Ксения Проконова: У меня вся семья творческая. Их это тоже очень поразило, и меня в том числе. Я считаю, что картины, любой другой арт-объект могут нравиться или не нравиться, но реакция должна быть цивилизованной. Что мы вчера и показали переоткрытием выставки, поскольку мы посчитали, что на угрозы есть две реакции: 1) прогнуться и закрыться, 2) показать, что ты можешь использовать это как возможность, и ты будешь дальше бороться за защиту своих прав.

Михаил Кукин: Давид, довольны ли вы тем, что выставка переоткрылась?

Давид Чичкан: Да, я доволен. Я вижу в этом некоторую победу в отношении цензуры. Потому что, если бы выставка закрылась, это был бы знак, что никому ничего такого подобного делать не стоит.

Михаил Кукин: В пресс-релизе к выставке написано, что «эта экспозиция ставит вопросы, которые больше трех лет висели в воздухе — чем был, чем стал и чем мог бы стать Майдан. По мнению автора, Майдан для украинского общества — это утраченная возможность совершить социальную революцию: не защитить достоинство, а наконец достичь достойных условий жизни». Это действительно совпадает с вашим видением?

Давид Чичкан: Во время Майдана подобные события параллельно происходили в Боснии, Брюсселе, ряде других стран. Повестка на митингах была абсолютно социальной — люди требовали улучшения жизни вместо того, чтобы кричать «Слава нации». Мне кажется удивительным, что такое большое количество людей вымещало эту социальную повестку. Кричать «Слава нации» может быть и классно, но не классово. Потому что революция закончилась, если это можно назвать революцией, и нельзя проверить — у нации достаточно славы или нет.

Сергей Стуканов: Что, на ваш взгляд, мы за эти три года потеряли, не смогли реализовать?

Давид Чичкан: Мы живем в некоторой инерции, которая продолжается с событий Майдана. Майдан ставил определенные задачи, и опять-таки невозможно понять, достигнуты они или нет. Потому что это такие абстракции — достоинство, слава. Мне хотелось бы, чтобы превалировали какие-то более определенные вещи.

Михаил Кукин: По поводу разгрома вашей выставки есть очень много комментариев. В том числе от людей, которые мне представляются разумными, я встретил такой: «я бы был против таких действий, если бы там не было коллаборационистских плакатов, а их там было как минимум два». Насколько, по вашему мнению, эта политическая составляющая должна влиять на отношение к художественной выставке?

Давид Чичкан: Мне кажется, что на отношение к художественной выставке не должно влиять ничто. Я абсолютно не согласен с таким обвинением, это какие-то спекуляции ультраправых и тех, кто их толерирует.

Эти две работы, которые, как мне кажется, неверно интерпретирует зритель, я их переделаю, чтобы они были более понятны. Чтобы было понятно, что я не сепаратист. Если возникла такая проблема, я готов ее решать. Уже делаю работы, которые лишат возможности ультраправых спекулировать и как-то неверно трактовать.

Михаил Кукин: Где вы сейчас находитесь? Что за новый проект, над которым вы сейчас работаете?

Давид Чичкан: Позвольте оставить это в секрете, где я сейчас. А новый проект у меня историографический, подобный тому, что я делал в Днепре. Про анархизм в истории, я пытаюсь изучать историю анархизма как могу.

Михаил Кукин: Вы переоткрывали выставку лекцией. О чем она была?

Ксения Проконова: Лекция была направлена на творческих людей, галлеристов, устраивающих подобные выставки, на художников, которые контактируют с галереей. Я заметила, что им достаточно сложно вступать в обычный диалог с правоохранительными органами. Подать заявление, дать показания как свидетель, принять участие в осмотре помещения, предоставить нормально, внятно картину происходящего.

Михаил Кукин: То есть были прикладные советы?

Ксения Проконова: Были прикладные советы, сегодня они вышли в форме статьи. Также на лекции были практические ответы на вопросы.