Теракты в Париже не выгодны мигрантам, – Олег Рыбачук

Кому выгодна трагедия и почему она произошла именно сейчас?

Ведущие

Татьяна Трощинская

Гостi

Олег Рибачук

Теракты в Париже не выгодны мигрантам, – Олег Рыбачук
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2016/05/hr_omnia_20151115_rybachuk_oleg.mp3
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2016/05/hr_omnia_20151115_rybachuk_oleg.mp3
Теракты в Париже не выгодны мигрантам, – Олег Рыбачук
0:00
/
0:00

Учредитель и глава общественной организации Центр.ua Олег Рыбачук считает, что после терактов в Париже 13 ноября Россия опять становится стороной по борьбе с ИГИЛ. «Стихли разговоры о самолете, который потерпел крушение, на котором были российские граждане. Эта трагедия (теракты в Париже, — ред.) как-то очень вовремя произошла. Получается слишком много совпадений», – считает Олег Рыбачук. Кроме того, по его словам, стиль терактов существенно отличается от тех, за которые ранее брало на себя ответственность «Исламское государство», в первую очередь это касается самой формы оповещения. «Не принято так у мусульманских террористов – сливать информацию через какие-то издания британские. Они когда делают свое заявление, стоят товарищи с автоматами, что-то арабской вязью написано. И они выбрасывают это в Интернет», — говорит Олег Рыбачук.

Татьяна Трощинская: Сегодняшний саммит G20. Уже есть заявление главы Еврокомиссии Жана-Клода Юнкера о том, что шенген под угрозой. Он это в своем выступлении в Анталии не связал с терроризмом. По вашему мнению, шенген под угрозой?

Олег Рыбачук: Шенген под угрозой. Но мне кажется, что Европа не станет отгораживаться друг от друга новыми стенами. Она шокирована, реагирует на непосредственные вызовы, но  еще не выстроила политику борьбы с этой угрозой. На саммите, скорее говорили не о беженцах и не о шенгене. А о том, что стратегия террористов поменялась: они действуют необычайно профессионально, координируются из вне, тщательно готовились и провели эту операцию на уровне спецслужб.

Татьяна Трощинская: Мы можем называть страны, которые координируют террористическую работу?

Олег Рыбачук: Сейчас можно говорить о том, что даже гражданство террористов установлено. Они не принадлежат одной стране. Британские источники говорят о том, что среди террористов есть несколько граждан России, в частности – «гвардейцы» Кадырова, которые служили в его элитных войсках и принимали активное участие в этой организации. Можно прогнозировать, что в Украине не настолько сильны мусульманские движения. Они есть, но жестких противостояний не было.

Алексей Бурлаков: Все-таки причастны к этой организации только те, кто проповедует радикальный ислам?

Олег Рыбачук: Пока это очевидный факт. Во-первых, взяло ответственность «Исламское государство», во-вторых, Хилари Клинтон заявила о том, что нужно объявлять войну не людям, которые исповедуют ислам, а государствам, которые поддерживают терроризм, наверное, и организовывают.

Татьяна Трощинская: Как это может отразиться на восприятии ислама?

Олег Рыбачук: Я был положительно впечатлен несколько месяцев назад заявлением президента Египта, который выступая на собрании высшего духовенства ислама, сказал, что сейчас это их ответственность и их вызов. Потому что в мире формируется неправильная картина, которая не должна проистекать из мусульманской религии. Президент Египта призвал муфтиев взять ситуацию в свои руки и отвести угрозу, потому что без колоссальной работы внутри исламского движения очень сложно будет в мире не потакать и не разжигать мифы.

Татьяна Трощинская: Насколько Европа и ее система безопасности была готова к таким терактам? Нет ли ощущения растерянности?

Олег Рыбачук: Я недавно где-то в украинском интернет-издании прочел перепечатку статьи российского футуролога, где очень детально описана стратегия, как небольшая южная страна может противостоять мощному европейскому или американскому, северному государству. Там детально было описано то, что произошло в Париже: это проникновение в страну каких-то небольших групп, задача которых была – одновременно в нескольких местах нанести удары. При чем, там сказано, что те люди, которые будут наносить удар, они могут быть женщинами или детьми, они могут погибнуть, потому что их смерть будет работать на идею. Представьте, что мы отвечаем за безопасность. Как можно напугать людей, для которых жизнь не является ценностью. Я вспоминаю, что в Европе до этого пояса шахида не использовали. Практика европейского джихада этого не имела. Ужас спецподразделений в том, что они перекрывают границы, но уже поздно, люди уже там. Для них погибнуть – это попасть в рай, их нельзя остановить пропускными пунктами, от них нельзя отгородиться, поскольку это женщины и дети. Это первая волна. Потом вступают в силу профессионалы. Они могут применить какое-то оружие массового поражения, каким есть биологическое. Человек заражается опасной болезнью, попадает в места массового скопления. Начинается эпидемия. Как с этим бороться? Спецслужбы обязаны предупреждать. Их задача – не допустить таких сценариев.

Алексей Бурлаков: Как вы считаете, можно ли внимать советам по обороне и переговорам у тех людей, которые допустили такую трагедию у себя дома?

Олег Рыбачук: Если мы говорим о европейцах, то нужно сказать, что уже мир столкнулся с угрозой. И лучше всего об этом сказал Барак Обама. Он сказал, что речь идет не о Франции, а вывозе всему демократическому миру. И где-то прозвучало заявление якобы представителей ИГИЛ, что Париж – это только начало. Если подтвердиться информация о том, что в Париже были кадыровцы, а все знают, что Кадыров – верный пес Путина. И эксперты вспоминают, что еще в 70-ых годах КГБ создавало специальные отряды радикальных мусульман, потому что для них врагом были США.

Татьяна Трощинская: Российский канал RT опубликовал видно кулуарного разговора Обамы и Путина на саммите G20. Предварительно появлялись сообщения, что речь будет идти об Украине. Как вы думаете, изменились сейчас приоритеты этого разговора?

Алексей Бурлаков: Может быть, для этого и создавалось, чтобы изменить приоритеты?

Олег Рыбачук: Сейчас Россия опять становится стороной по борьбе с ИГИЛ. Стихли разговоры о самолете, который потерпел крушение, на котором были российские граждане. Эта трагедия (теракты в Париже, — ред.) как-то очень вовремя произошла. Получается слишком много совпадений. Искушенные специалисты начинают анализировать стиль. Например, говорить о том, что не принято так у мусульманских террористов – сливать информацию через какие-то издания британские. Они когда делают свое заявление, стоят товарищи с автоматами, что-то арабской вязью написано. И они выбрасывают это в Интернет. Есть типичный пример того, как эти организации сообщают. Плюс – большинство террористов разговаривали на безупречном французском языке, говорили: «Это вам за Сирию». Если проанализировать все предыдущие подобные акты, никогда так себя эти представители не вели. Они никогда на твоем родном языке не объясняли, за что это. Стиль совершенно другой. Впечатляет еще очень точная синхронизация и безупречная организация всей операции. Раньше это не удавалось делать террористам, которые руководствуются религиозными устремлениями.