Владимир Мартыненко: У нас очень много борцов с коррупцией. На словах

О борцах с коррупцией и о новой полиции говорим с главой общественного совета МВД и общественного объединения «Центр предупреждения и противодействия коррупции»

Ведущие

Михаил Кукин

Гостi

Володимир Мартиненко

https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2016/05/hr_kyivdonbass-16-02-17_martynenko_vladimir.mp3
https://media.blubrry.com/hromadska_hvylya/static.hromadske.radio/2016/05/hr_kyivdonbass-16-02-17_martynenko_vladimir.mp3
Владимир Мартыненко: У нас очень много борцов с коррупцией. На словах
0:00
/
0:00

В студии работают журналисты «Громадського радио» Елена Терещенко и Михаил Кукин.

Михаил Кукин: Чем дальше момент, когда были представлены первые отряды патрульной полиции, тем больше в обществе уверенность, что это был только пиар. Вы не согласны?

Владимир Мартыненко: Полицию нужно реформировать. Но то, что в работе новой полиции чем дальше, тем больше возникает каких-то вопросов — это логично. Кто работает, тот допускает ошибки. И дальше видно что нужно регулировать, какие коррективы вносить. Сейчас доверие общества к новой полиции очень высоко.

Изменения в системе требуют некоторого времени. С одной стороны, для того, чтобы систему внутри поменять, а с другой — чтобы система была принята обществом.

Владимир Мартыненко «Громадське радио»

Елена Терещенко: Когда разразился скандал с погоней и гибелью 17-летнего парня, в обществе началась дискуссия. Руководители полиции пообещали разобраться, сотрудники были отстранены от выполнения своих обязанностей. И никто не сказал обществу, что есть закон о Национальной полиции, в котором говорится, что полицейские имеют право применять оружие.

Владимир Мартыненко: Стоит вопрос о том, что есть смерть человека. Это расследует прокуратура. Есть водитель, который составлял угрозу. Есть прописанные в законе нормы относительно применения оружия. Прокуратура сейчас разбирается относительно того, было оно правомерно применено или неправомерно. Я думаю, что в ближайшие дни мы получим какой-то комментарий от прокуратуры. Вчера был проведен обыск.

Елена Терещенко: Все говорят о патрульной полиции, потому что она видна. Как двигается реформа полиции дальше — непонятно. Якобы в министерстве внутренних дел подписан документ, распоряжение министра о том, что милиционерам, не прошедшим аттестацию, будут предлагать ехать на Донбасс.

Владимир Мартыненко: Относительно того, есть ли приказ, вживую его я не видел. Но, по данным источников, это очень похоже на правду. Сама по себе система аттестации разбита на несколько частей. С одной стороны, есть патрульная полиция, с другой — в системе внутренних дел, которая была до полиции, есть еще следователи, оперативные работники, много отделов и функций, которые они выполняли. Аттестация проходит во всех отделениях. Они все переводятся в полицию. МВД остается администрирующим органом, который это координирует.

Стоит вопрос о том, что все, кто с погонами, переходят в систему Нацполиции. Мы на прошлой недели видели результаты в Киеве и Киевской области. Глава Нацполиции сказала, что 80% руководящего состава киевской полиции и 60% полиции Киевской области были уволены в результате аттестации. Это колоссальное количество людей. С другой стороны, этих людей выкинуть на улицу, ничего им не предложив, тоже не совсем правильно.

Один из пунктов приказа о том, что МВД во второй и третий этап переаттестации предлагает применить свои знания и умения в Донбассе. Там есть нехватка кадров. Кроме того, с этой просьбой в МВД обратились как раз руководители областей.

Михаил Кукин: Общество не очень понимает, чем отличается Антикоррупционное бюро от Агентства по предотвращению коррупции, члены которого до сих пор не назначены. Несколько дней назад журналист Денис Бигус написал, что было 112 кандидатов, из которых сначала осталось 44, а теперь всего 12, и никто не может понять, как их отбирают.

Владимир Мартыненко: На теме создания государственных органов, которые боролись бы с коррупцией, не пиарится только ленивый. С одной стороны, есть требования международных инвесторов, чтобы страна начала бороться с коррупцией, чтобы те деньги, которые присылают для развития страны, не уходили по карманам. С другой стороны, создаются целые государственные институции, цель деятельности которых есть борьба с коррупцией. Но если мы проанализируем, что они на самом деле делают… У нас НАБУ на днях должно отчитываться. Год назад мы избрали руководителей, туда были выделены помещения, бюджет, туда набрали детективов. Но если мы посмотрим на результаты, то денег мы потратили больше, а эффективности работы как не было, так и нет.

Михаил Кукин: Что вы можете сделать, чтобы ситуация поменялась?

Владимир Мартыненко: Центр предотвращения и противодействия коррупции – это общественный союз. Туда входят много антикоррупционных организаций, которые что-то делают, занимаются антикоррупционными расследованиями.

Скорее всего, НАБУ было создано как рычаг давления одних политических сил на другие. Потому что если мы возьмем и проанализируем расследования, то очень четко видно проведение расследований относительно оппонентов команды президента. Есть много вопросов к тому, как НАБУ формировалось, как набирали туда детективов.

И создание Национального агентства предотвращения коррупции не вышло без скандала. В конкурсной комиссии должны были присутствовать 8 человек. И 4 из 8 должны были быть представителями общественности. Эти представители, которые попали по первому кругу, были поменяны. Тут можно заподозрить коррупцию даже в создании конкурсной комиссии.