Как живут украинцы, освобожденные во время обмена в конце декабря

Как живут украинцы, освобожденные во время обмена в конце декабря

11 февраля Министерство по делам ветеранов, временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц опубликовало данные о том, что все бывшие пленники боевиков, освобожденные 29 декабря, получили предложения работы и жилья, и часть из них уже начала новую жизнь на подконтрольной Украине территории.

Однако журналисты выяснили, что у некоторых до сих пор нет ни денег, ни документов, ни работы и даже крыши над головой.

Громадське радіо пообщалось с бывшими пленниками о том, с какой реальностью они столкнулись, освободившись из плена.
Вечер воскресенья. С Владимиром встречаемся возле общежития в одном из спальных районов столицы. Мужчина приглашает внутрь. При входе вахтерша в небольшой комнате с интересом смотрит сериал. Посторонних замечает не сразу. Подходит к тетради и не отрывая взгляда от телевизора вписывает данные посетителей.

— Мы здесь живем только три дня, только начали обживаться, – говорит Владимир. В этом общежитии он живет со своей любимой.

Они оба — бывшие пленники боевиков.

Владимир и Валентина/Фото из личного архива пары

Владимира Данильченко задержали в мае 2017 года в оккупированном Луганске и незаконно обвинили в участии в диверсионно-разведывательной группе СБУ. В нее вошли 16 украинцев, которые якобы «осуществляли теракты», а также якобы были причастны к убийству «начальника управления народной милиции ЛНР» Олега Анащенко. За это в июне 2019-го «военный суд ЛНР» отправил украинцев за решетку на сроки от 11-ти до 20-ти лет.

Валентину Еременко задержали в оккупированном Луганске в сентябре 2017 года, когда она с деньгами приехала покупать квартиру.

У обоих конфисковали все документы: от паспортов до дипломов.

«Спецслужбы российские и так называемого «ЛНР» изъяли у меня все, что только можно было. У Вали конфисковали не только документы, но и жилье, ценности, все до белья», — рассказывает Владимир и приглашает зайти в комнату.

Пара только начала обживать новое помещение. В центре — кровать из двух сдвинутых маленьких общежитских коек. Рядом — шкаф, два стула и стол, накрытый скатертью. На подоконнике — букет тюльпанов.

«Когда нас сюда привезли, у нас было только две кровати, два стула и стол. Больше не было ничего: ни тарелок, ни сковородок. Нам дали продукты, например, яйца, но у нас даже не было ничего, на чем их можно поджарить или сварить. С этим минимально помогли благотворители», — говорит Владимир.

Денег, чтобы приобрести необходимые в быту вещи, пара не имеет. Как родных и друзей на подконтрольной Украине территории, которые могли бы помочь адаптироваться к мирной жизни.

Владимир и Валентина вернулись в Украину 29 декабря 2019 года. Тогда происходил последний большой обмен удерживаемыми. Из тюрем самопровозглашенных «республик» освободили 76 украинцев. Боевикам передали 127 человек.

Именно при обмене, когда пытались поддерживать друг друга, у Владимира и Валентины возникли чувства.

Фото: Анастасия Горпинченко/Громадське радіо

После обмена всех бывших заложников отправили на лечение в «Феофанию», а затем в госпиталь «Лесная поляна» в Пуще Водице под Киевом.

«Нам сказали: «Вы имеете право пробыть здесь 18 дней». Но поскольку мы все нуждаемся жилье, то нам сказали: «Вам продолжат еще на 10 дней срок пребывания», — вспоминает Валентина.

«Мне некуда идти»

Главный вопрос, который возник после обмена: где будут жить бывшие пленные, когда придется оставить лечебные учреждения.

Решать проблему взялось Минветеранов.

«Были моменты, когда они приходят и спрашивают:

— Есть люди, которым некуда ехать?

— Да, есть, — отвечаем.

— Отлично, мы будем работать над этим.

Вот работали, работали, пока не наступил день выписки. Говорят:

— Завтра вас выписывают. Вы знаете об этом?

— Знаю.

— Куда вы будете ехать?

— Супер, прекрасно! Я еще не знаю, но подумаю над этим, — ответил им с иронией.

Я дошел почти до администрации президента, я звонил им и говорил: «Друзья, надо что-то решать: мне некуда идти, у меня нет денег на проезд, у меня нет денег на жилье, у меня нет ничего, нет родственников здесь», — вспоминает Владимир.

Таким образом, до последнего не понимали, где будут жить.

«Мы стояли в холле и некоторые просто заявляли, что мы «беспризорные». Мы реально были «беспризорными». Мы звонили в колокола, потому что никто ничего не хотел делать. Некоторые собирались в палатках жить, или на железнодорожном вокзале. Мы сказали, что пойдем на Банковую, поставим палатки и будем жить там. Больше у нас вариантов не было», — вспоминает Валентина.

Впоследствии в Минветеранов таки нашли паре и другим пленникам общежитие.

Валентина и Владимир, как молодая семья, живут в комнате вдвоем. Все остальные — вчетвером или иногда впятером.

«Мы хотели бы, чтобы это было не общежитие, не камера. Прожив три года в камерах, там, где 5 человек, 32 человека — это очень психологически убивает. И снова жить в камере там, где много людей», — рассказывает бывший пленник.

«Все общее»

Анастасии 72 года. Боевики удерживали ее с февраля 2018 года. Схватили, потому расклеивала на соседнем доме листовку с надписью «Донбасс, вставай! Россия тебя предала! Выбирайте будущее, выбирайте Украину!».

Сначала, по словам женщины, ей инкриминировали 13 статей. «Судили» по шести: якобы «предательство родины», «шпионаж», «производство взрывчатых веществ», «нарушения целостности так называемой «ЛНР»» и «разжигание межнациональной розни». Фактически, за свою проукраинскую позицию женщину незаконно приговорили к 16 годам заключения.

Фото: Анастасия Горпинченко/Громадське радіо

«Я сейчас нахожусь у друзей, которые обо мне заботятся», — начинает свой рассказ о жизни после освобождения Анастасия.

Когда срок пребывания в госпитале «Лесная поляна» завершился, бывшую удерживаемую переселили в общежитие.

«Нас в комнате живет три женщины, которые были освобождены из плена, и одна женщина, которая, как нам сказали, находится в больнице. Нам дали продукты, мы готовим себе, там есть посуда какая-то. Все так, как в общежитии, все общее», — отмечает бывшая пленница.

Кроме нее, в общежитии еще 13 бывших незаконно удерживаемых. Сколько будут находиться на новом месте — не знают.

«Во вторник это общежитие передают другому ведомству. Кроме того, нам сказали, что первого марта отключат свет за неуплату. То есть получается, что мы здесь будем до первого марта, а там — куда хотите», — рассказывает Анастасия.

Похожая ситуация у Владимира и Валентины. Пара заключила договор на проживание в общежитии на три месяца. Что будет дальше? Не знают. Кроме того, пока неясно, как быть с оплатой жилья, ведь ни денег, ни документов, ни работы нет.
«Эта комната стоит полторы тысячи плюс коммунальные услуги. По оплате мы обратились к «Восток SOS». Нам сказали, что могут помочь, но пока не уверены в этом на 100%», — говорит Валентина.

У Валентины вдобавок проблемы со здоровьем. Женщина нуждается в лечении и обезболивающих. Анастасия также. Незадолго до выписки она потеряла сознание и травмировала спину.

«Мне в «Лесной поляне» не сделали рентген. Был в субботу из Министерства человек, говорит: «Вам все сделали в «Лесной поляне». У вас все в порядке». А я не могу ни повернуться, ни кашлять из-за резкой боли», — уверяет она.

«Мы не можем вечно держать людей»

«Предоставили всю необходимую помощь», — так ситуацию описывает главный врач «Лесной поляны» Ксения Возницына. Говорит, что после того, как Анастасии стало плохо, ее осмотрел дежурный врач, оказал помощь и внес записи в историю болезни.

img_3046

С начала января заведение приняло 40 бывших пленников.

Возницына рассказывает, что сотрудники госпиталя создали отдельную волонтерскую комнату, куда приносили одежду, вещи, вкусности для освобожденных. Благотворительная организация «Голубая птица» собрала 20 тысяч гривен на лекарства, которых нет в заведении. Кроме того, договаривались о лечении или операциях для пациентов в других учреждениях.

Однако дольше предусмотренного удерживать людей в «Лесной поляне» не могли.

«Мы, как лечебное учреждение, не можем держать людей вечно. Нашей задачей было их обследовать и полечить. Мы свою функцию, которую могли, выполнили. Они у нас лежал не 14-18 дней, как обычно, а мы договорились, что до 30-ти дней мы можем их здесь держать. Далее мы уже не имели такой физической возможности. Госпиталь всеукраинский и направление сюда получают ежеквартально люди со всех уголков Украины. Сегодня госпиталь полный. Здесь лежит 200 человек», — говорит главный врач.

Ксения Возницына Фото: Ирина Саевич/Громадське радіо

Сейчас в госпитале находятся двое бывших пленников. Впереди у них еще неделя лечения.

«Не все определились, чего они хотят»

В наушниках и с широкой улыбкой. С Сергеем Робаком встречаемся в холле госпиталя. Пока ветераны играют в настольный теннис и бильярд, Сергей много шутит.

– Вы уже знаете, где будете жить после госпиталя?

– У меня еще есть неделя в «Лесной поляне». У меня еще масса времени, чтобы подумать.

IMG_7442

До войны мужчина жил в Торецке Донецкой области. И 2 декабря 2017-го Сергей исчез вблизи блокпоста в Ленинском районе оккупированного Донецка. Все это время мужчину удерживали за решеткой. Его обвиняли в якобы шпионаже в пользу Украины. В апреле 2019 года Сергея незаконно приговорили к 12 годам заключения.

Все время до обмена, даже на расстоянии, мужчину поддерживали родные, поэтому и сейчас, вернувшись на подконтрольную Украине территорию, он не боится, что останется без поддержки.

«У каждого из нас индивидуальная история. Я тот, у кого есть какие-то знакомые и документы. Меня встречали в аэропорту. Но есть люди, которых освободили из плена и они столкнулись с такой реальностью, в которой им было некуда пойти. Кому-то было, а кому-то действительно было некуда», — говорит Сергей.

По его словам, представители Минветеранов начали поиск жилья еще в «Феофании».

«Чрезмерных иллюзий не было. Нам сразу дали понять, что квартиры никто никому дарить не будет. Есть то, что есть. Что-то предложили, начиная от домиков с печным отоплением где-то на Волыни. Впрочем, эти предложения не соответствовали ожиданиям многих. Надо стараться заботиться о себе самостоятельно. За два месяца в «Феофании» и здесь можно было попробовать что-то найти. Хотя бы обзвонить всех родственников, находящихся на подконтрольной Украине территории и спросить, могут ли они чем-то помочь. Но, с другой стороны, многие еще не определились, чего бы они хотели: где жить, чем заниматься. И это совершенно понятно, обвинять кого-то за это нельзя», — говорит бывший пленник.

«Всем предложили варианты, но не всем они понравились»

11 февраля в пресс-службе Министерства по делам ветеранов, временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц сообщили, что всем 64 гражданским, которые были освобождены, предоставили лечение и юридическую помощь.

25 людям организовали восстановление паспорта гражданина Украины;
12 лицам восстановили водительское удостоверение;
5 человек проконсультировали о возобновлении или поступлении в вузы;
1 человек проходит курсы подтверждения квалификации врача;
43 лицам предоставили предложения трудоустройства;
25 людям предоставили несколько предложений мест проживания.

«Всем, абсолютно всем, было предложено либо место жительства, либо место жительства, и работа. Не всем нравится, потому что оказывается, что все хотят жить в Киеве и обязательно в лучших условиях, и обязательно бесплатно. Поэтому часто возникают вопросы, когда ожидания у людей невероятные, а фактическая возможность — меньше, поэтому появляется неудовлетворенность. Мы пытались для каждого подобрать тот вариант, который для него был бы комфортным», — говорит начальник управления Минветеранов Сергей Мокренюк.

Объясняет, что Министерство не предоставляет жилье, а только ищет самые выгодные предложения и предлагает их экс-пленникам. В частности, Минветеранов обратилось в областные администрации, предприятий, которые могут предоставить работу с жильем и привлекло свои региональные сектора.

По данным Минветеранов, бывшим удерживаемым предоставили более тысячи предложений жилья, в частности, в Днепропетровской, Запорожской, Волынской, Хмельницкой, Донецкой, Винницкой областях. Часть людей откликнулась на предложения, часть нашла жилье самостоятельно, еще часть поселили в общежития.

«Нам разрешили, к счастью, чтобы они проживали в этом общежитии бесплатно, но только на то время, пока им не будут предоставлены все необходимые услуги. После этого они должны переехать в другое место», — объясняет мужчина.

В частности, после того, как найдут работу.

Замкнутый круг

На три дня в «Лесную поляну» приезжали представители Центра занятости: выясняли образование, опыт работы и пожелания пленников. Помогали составить резюме и предложили варианты.

IMG_7446

«Мне предлагали работу. Мне 72 года и говорят: «Вы пойдете работать?». Я говорю: «Да нет, я уже свое отработала. Разве что вы предоставите работу по специальности. А так я не пойду работать». Сказали, что такой работы у нас нет», — говорит Анастасия Мухина.

Ни Сергею, ни Владимиру варианты работы тоже не подошли. Нашли ее самостоятельно. Впрочем, часть бывших пленников таки воспользовались предложениями.

«Если тот же охранник в супермаркете — 10-12 тысяч, но с общежитием по три тысячи, то на первый период, я считаю, что это нормально. Это лучше, чем ничего. И ты социально адаптируешься», —говорит Сергей.

«Зарплаты в 5-10 тысяч гривен не хватит для жизни в Киеве. Мне предложили работу за 10 тысяч, я сказал: «Спасибо друзья». Отказался и нашел лучшую работу», — рассказывает Владимир.

Однако работать сейчас человек не может, поскольку не имеет документов. Их до сих пор изготавливают.

«У нас сейчас нет денег даже на то, чтобы решать какие-то бюрократические вопросы с документами. У нас банально нет денег, чтобы кататься туда-сюда даже на местном транспорте», — говорит Владимир.

Это еще одна проблема, с которой сталкиваются бывшие пленники, когда возвращаются к мирной жизни — отсутствие хотя бы карманных денег и связи.

Первые средства — по 200 гривен, а также телефоны пленники получили от волонтеров.

«Эти 200 гривен я потратил на проезд. Помню, поехал в ПриватБанк перевыпустить карту и узнал, что мои счета арестованы, я был предпринимателем и единый социальный взнос не платил в течение тех лет, пока был в плену. Когда вернулся, оказалось, что еще должен государству немалые деньги. Но я очень благодарен двум людям из одного министерства, которые урегулировали этот вопрос наилучшим образом. Словом, без этих средств, я бы и этого вопроса не решил, потому что просто не имел бы за что добраться до банка», — говорит Сергей.

На будущее, мужчина советует сразу же на следующий день после обмена выдавать бывшим пленникам хотя бы немного карманных денег и телефоны.

Изменение подхода

«Обеспечивать карманными деньгами и телефонами — не компетенция Минветеранов», – говорит Сергей Мокренюк.

Как и заниматься паспортами, ведь это сфера ответственности Государственной миграционной службы, а еще поиском работы — это задача Минсоцполитики и Центров занятости.

«Мы уже разработали изменения в соответствующие порядки взаимодействия, для того, чтобы на будущее четко прописать алгоритм, какая организация за что отвечает, и как она это осуществляет. Мы это описываем и прямо сейчас готовим изменения в соответствующее постановление Кабинета Министров».

Изменения внесли и процедуре получения бывшими пленниками денежной компенсации в 100 тысяч гривен.

«Все предыдущие обмены под каждого из заявленных готовили отдельное постановление, в котором писали:« уволенный 24 декабря погасить 100 тысяч». Мы пошли другим путем. В конце декабря мы изменили основное постановление и написали, что все, кого увольняют в дальнейшем, имеют право получить 100 тысяч гривен. Кроме тех, кто совершал преступления против основ государственной безопасности и обороны. Те, кто были уволены 29 числа, имеют возможность обратиться в комиссию, подать документы, и комиссия рассмотрит их запрос. Если они соответствуют тем критериям, которые я назвал, то им выплатят по 100 тысяч гривен», — говорит чиновник.

Сейчас комиссию только формируют. Этот процесс, по словам Мокренюка, продлится несколько дней. В ее состав войдут представители более десяти органов власти.

В то же время, сами бывшие пленники пытаются самостоятельно адаптироваться к мирной жизни. Свои мечты о будущем хранят в тайне, мол, это то, что они до деталей обдумывали годами, пока находились в заключении. Теперь же хочется не мечтать или говорить об этом, а действовать. Нужно только хотя бы немного «почвы под ногами».

Последние новости