И «Нацкорпус», и «Правый сектор», и ВО «Свобода» можно назвать экстремистскими организациями, - Лихачев

«Ультраправый экстремизм как угроза украинской демократии». Под таким названием вышел отчет руководителя группы мониторинга прав национальных меньшин Вячеслава Лихачева

Ведучi

Олена Бадюк

Гостi

В’ячеслав Ліхачов

И «Нацкорпус», и «Правый сектор», и ВО «Свобода» можно назвать экстремистскими организациями, - Лихачев
https://static.hromadske.radio/2018/06/hr_kyivdonbass-2018-06-10_lihachev.mp3
https://static.hromadske.radio/2018/06/hr_kyivdonbass-2018-06-10_lihachev.mp3
И «Нацкорпус», и «Правый сектор», и ВО «Свобода» можно назвать экстремистскими организациями, - Лихачев
0:00
/
0:00

Какие действия попадают под это определение, в каком состоянии сейчас ультраправые силы в Украине и существуют ли реальные угрозы демократии, расспросим автора отчета.

Алена Бадюк: Каким образом вообще в Украине за годы независимости сформировались и как меняются ультраправые силы? И в каком случае их действия можно назвать экстремистскими?

Вячеслав Лихачев: Как и во всех постсоветских странах восточной Европы, в Украине ультранационалистические силы появляются тогда, когда вообще начинается конкретная политическая борьба. Но Украину отличает относительная слабость радикальных националистов, по крайней мере в первые 20 лет Независимости. С чем эта слабость связана, существуют разные мнения, но можно констатировать, что в отличие от Польши, Венгрии, Румынии, России, где партии, аналогичные «Свободе», в лучшие свои времена набирали 15-20% голосов, в Украине национал радикалы всегда отличались электоральной слабостью, они никогда не могли предъявить избирателю какую-то привлекательную повестку дня.

Ситуация немного изменилась с 2010-го года, когда в целом переформатировалась политическая жизнь, когда появилось противостояние общества режиму Януковича. И в рамках этого противостояния избиратель увидел в радикальных националистах, конкретно в «Свободе», тоже радикальный, но адекватный противовес режиму. И это обусловило поддержку «Свободы» на выборах 2012-го года.

После устранения режима Януковича, после Революции Достоинства, когда политический процесс вернулся в свое более-менее нормальное русло, ультраправые в 2014-м году снова не продемонстрировали никаких электоральных успехов, поэтому их популярность вернулась к своему естественному уровню, который даже не позволяет им преодолеть электоральный барьер.

Однако, параллельно стали происходить другие процессы. Была Революция, которая в значительной степени мобилизовала и легитимизировала националистические взгляды и лозунги в обществе, националисты, которые были частью Революции, получили лучший имидж в глазах людей, потому что перестали ассоциироваться с каким-то маргинальными асоциальными подростками, а стали какой-то частью патриотической общественности. С началом российской агрессии, когда националистические группы начали формировать свои добровольческие подразделения, это тоже способствовало их легитимации и даже героизации в глазах общества. С другой стороны, как мы видим по социологическим опросам, этот социальный капитал, наработанный на войне, на участии на фронте, на спекуляции на своем участии на фронте, не конвертируется в электоральную поддержку. Да, они уже не ассоциируется с асоциальными подростками, а ассоциируются с защитой родины, то, тем не менее, этого недостаточно для того, чтобы люди начали за них голосовать.

Экстремистские группы – это такие группы, которые считают возможным использовать насилие по отношению к своим политическим оппонентам, считают насилие легитимным способом политической борьбы

Теперь переходим к тому, что мы называем экстремизмом, каковы его критерии и в чем его опасность. Сами по себе радикальные взгляды на переустройство общества в рамках демократического процесса имеют право на существование в самых ранних версиях. Маркером экстремизма является отношение к политическому насилию. Экстремистские группы – это такие группы, которые считают возможным использовать насилие по отношению к своим политическим оппонентам, считают насилие легитимным способом политической борьбы. Исходя из этого критерия, экстремистскими у нас являются и «Национальный корпус», и «Правый сектор», и «Свобода». Если посмотреть на статистику публичных срывов публичных акций или дискуссий, нападений на политических оппонентов за последние месяцы, то количество таких насильственных инцидентов начало возрастать, и в них задействованы все молодежные группы, активисты или функционеры этих политических сил. То есть все наши основные радикальные политические силы можно назвать экстремистскими.

Экстремистскими у нас являются и «Национальный корпус», и «Правый сектор», и «Свобода».

Алена Бадюк: Насколько их деятельность подкреплена идеологией? Или это ситуативные реакции на неприемлемые, на их взгляд, ситуации?

Вячеслав Лихачев: В значительной степени их действия идеологически мотивированы, но не все. Доклад https://freedomhouse.org/report/special-reports/far-right-extremism-threat-ukrainian-democracy-ukrainian-translationпосвящен идеологически мотивированному насилию, направленному в отношение политических оппонентов. Это могут быть «левые», это могут быть либералы, кто угодно, на кого ультраправые могут повесить ярлык сепаратиста, в том числе, бывшие ветераны АТО или военные волонтеры, которые вступили в ситуативный конфликт с ультраправыми группировками. Это различные правозащитные активисты, связанные с ЛГБТ тематикой, и сами ЛГБТ группы. В последнее время стали модными акции в отношение ромских лагерей, то есть нападение на этнические меньшинства или акты вандализма. Это все идеологически мотивированное насилие.

Другое дело, что, формируя некоторые парамилитарные группы, ультраправые привлекательны на коммерческом рынке в качестве «титушек». А это и способ увеличить свою популярность на районе среди жителей, ведь антиромские действия – это в значительной степени, популизм, потому что это попытка срубить дешевую популярность за счет простых силовых методов решения того, что общество считает проблемой.  

Антиромские действия – это в значительной степени, популизм, потому что это попытка срубить дешевую популярность за счет простых силовых методов решения того, что общество считает проблемой

Алена Бадюк: Это рассчитано на то, чтобы создать больше поддержки накануне выборов?

Вячеслав Лихачев: Это хороший вопрос, потому что не вся эта деятельность мотивирована рационально. Зачастую какие-то насильственные действия в отношение каких-то неочевидных для постороннего наблюдателя оппонентов отталкивают людей от этих ультраправых. Как когда-то от «Правого секатора» оттолкнуло их нападение на Марш Равенства на Оболони. Но, во-первых, есть идеология, которая заставляет физически подавлять любую активность, с которой сложно смирится, во-вторых, это образ жизни. Для них это прикольно – это сафари на активистов, которое сейчас объявили в преддверии очередного марша. Это стильно, модно, молодежно. А, в-третьих, есть эта популистская попытка получить популярность за счет силовых методов решения каких-то проблем. В частности, по антиромским нападениям четко было видно, что сначала С-14 довольно хорошо прозвучала после изгнания ромов с Лысой горы, и судя по реакциям в социальных сетях, люди, устав от бесконечного криминалитета, эти действия поддержали. И сразу стало видно, как другие группы в других городах начали эти действия копировать. И рейд «Национального корпуса» несколько дней назад – это была в чистом виде попытка воспроизвести эти действия в погоне за популярностью. Они увидели, что это формирует в глазах людей образ хорошей организации.   

Полную версию разговора можно прослушать в прикрепленном звуковом файле.