Росія прямує до тоталітаризму зразка Чечні, — емігрантка з Росії

Гості — організаторки акцій вшанування пам’яті Бориса Нємцова Юлія Архипова  та Ірина Берлянд.

Ведучі: Наталя Соколенко та Андрій Гарасим

Наталя Соколенко: Як ви прокоментуєте спів українського гімну на Марші пам’яті Бориса Нємцова у Москві?

Юлія Архипова: Сейчас в России украинский гимн — это по-настоящему что-то протестное. К сожалению, у нас своих, именно своих гимнов так и не появилось.  

Наталя Соколенко: Розкажіть про акцію на Майдані Незалежності. Чому ви вирішили проводити її саме тут та як поставилися до вашої ідеї?

Юлія Архипова: Мы изначально решили проводить акцию именно на Майдане. Есть еще одна группа российских эмигрантов, которая решила проводить акцию возле российского посольства. Но лично мне нечего сказать монолитному зданию. Я решила собирать людей на Майдане,  потому что мне есть о чем поговорить с украинцами.  

Наталя Соколенко: Про що говорили на Майдані, згадуючи Бориса Нємцова?

Юлія Архипова: Вспоминали его принципиальную позицию по украинскому вопросу. Говорили о том, что он боролся и продолжал бы бороться за демократию в России. Так же, вспоминали о тех, кто сейчас находиться в России и поддается репрессиям.

Наталя Соколенко: Як вирішували організаційні питання?

Ірина Берлянд: В Москве я занималась организацией публичных акций. И когда мне пришлось сделать это впервые в Киеве, была просто поражена. Здесь — уведомительный порядок проведения акций: нужно оставить в мэрии уведомление, его тут же регистрируют и «желают приятного пикета/митинга».  В Москве все по-другому: нужно все согласовывать, многого не разрешают.

Андрій Гарасим: Наскільки дані опитувань, які час від часу публікуються, відображають реальні настрої росіян?

Ірина Берлянд: Они очень далеки от реальности. Дело не в том, что россияне бояться, а в том, что в тоталитарных странах, какой сейчас есть Россия, нет общественного мнения.

Наталя Соколенко: Як прокоментуєте заяву Кадирова про те, що час його керівництва регіоном минув?

Юлія Архипова: Я думаю, что это знак того, он ищет поддержки. Если его попросят остаться, он против не будет.

Ірина Берлянд: Кадыров и Чечня стали знаком того, к чему стремится Россия. В Чечни построен полный тоталитаризм. Некоторые политологи говорят, что это не Чечня в России, а Россия в Чечне.